Сапунова Ирина Дмитриевна — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отдела укрепления общественного здоровья.
Москва.
Тел.: +7 (905) 520-00-44
Moscow.
Концевая Анна Васильевна — доктор медицинских наук, заместитель директора по научной и аналитической работе.
Москва.
Moscow.
Мырзаматова Азалия Орозбековна — научный сотрудник отдела укрепления общественного здоровья.
Москва.
Moscow.
Муканеева Динара Кямиловна — младший научный сотрудник отдела.
Москва.
Moscow.
Худяков Михаил Борисович — ведущий инженер отдела.
Москва.
Moscow.
Ипатов Петр Васильевич — ведущий научный сотрудник научно-организационного отдела.
Москва.
Moscow.
Драпкина Оксана Михайловна — доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАН, директор.
Москва.
Moscow.
Табакокурение является значимым поведенческим модифицируемым фактором риска (ФР) развития хронических неинфекционных заболеваний (ХНИЗ). Как показывают многочисленные исследования, во всех странах курение ассоциировано со значительным экономическим ущербом (ЭУ).
Цель. Оценить ЭУ табакокурения в РФ за 2016г, в т.ч. прямые затраты системы здравоохранения РФ и потери в экономике, связанные с заболеваемостью и смертностью от четырех основных видов ХНИЗ, ассоциированных с курением, а именно: сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ), хронической обструктивной болезни легких (ХОБЛ), сахарного диабета 2 типа (СД-2) и десяти видов основных онкологических заболеваний (ОЗ).
Материал и методы. На основании данных о распространенности потребления табака и относительных рисков, по данным крупных исследований и мета-анализов, рассчитан популяционный атрибутивный риск для четырех групп ХНИЗ: ССЗ, ХОБЛ, СД-2 и основных десяти видов ОЗ. Для оценки ЭУ была определена доля каждого ФР в заболеваемости и смертности. ЭУ, ассоциированный с потреблением табака, рассчитывался на основании его распространенности в российской популяции по данным популяционного исследования ЭССЕ-РФ.
Результаты. Рассчитанный популяционный атрибутивный риск, ассоциированный с табакокурением в РФ (2016г), в смертности для всех ССЗ составил 12,8%, в заболеваемости — 8,8%. Риск развития ишемической болезни сердца составил 11,5%, инсульта — 9,6%, а смертности от них — 10,6% и 5,6%, соответственно. ЭУ, ассоциированный с потреблением табака в 2016г, превысил 421,4 млрд руб. (0,49% валового внутреннего продукта). В структуре ЭУ каждой из проанализированных нозологий табакокурением обусловлено от 12,41% (ССЗ в целом), 18,74% (при ХОБЛ), 11,32% (при СД-2) и 23,13% (при ОЗ бронхолегочной системы) всего ущерба.
Заключение. ЭУ потребления табака в 2016г составил 421,41 млрд руб. или 0,49% внутреннего валового продукта. Оценка величины ЭУ, ассоциированного с табакокурением — важный аргумент в обосновании мер, направленных на улучшение общественного здоровья, в частности, анализ популяционных мер по снижению и отказа от потребления табака, отбор мер с высоким потенциалом внедрения в РФ и разработка предложений по их внедрению.
Tobacco smoking is a significant behavioral modifiable risk factor (RF) for the development of chronic non-communicable diseases (CNCD). As numerous studies show, in all countries, smoking is associated with significant economic damage (ED).
Aim. To evaluate ED of tobacco smoking in 2016, in the Russian Federation and costs associated with tobacco use in economy, connected with morbidity and mortality from main four groups of CNCD: cardiovascular diseases (CVD), chronic obstructive pulmonary disease (COPD), type 2 diabetes (DM2) and the main ten cancer types (CT).
Material and methods. According to data on the prevalence of tobacco smoking and relative risks of large studies and meta-analyzes, the population attributive risk was calculated for four groups of CNCD: CVD, COPD, DM2 and the main ten CT. To assess ED, the proportion of each RF in morbidity and mortality was determined. The ED associatedwith tobacco smoking was calculated based on its prevalence in the Russian population according to an ESSE-RF population study.
Results. The calculated population attributive risk associated with smoking in the Russian Federation (2016), in mortality for all CVDs, was 12,8%, in morbidity — 8,8%. The risk of coronary artery disease was 11,5%, stroke — 9,6%, and its mortality — 10,6% and 5,6%, respectively. The ED associated with tobacco smoking in 2016 exceeded 421,4 billion rubles (0,49% of gross domestic product). In the ED structure of the analyzed nosologies, tobacco smoking accounts for 12,41% (for CVD in general), 18,74% (for COPD), 11,32% (for DM2) and 23,13% (for bronchopulmonary CT).
Conclusion. The ED of tobacco smoking amounted to 421,41 billion rubles or 0,49% of gross domestic product in 2016. Assessing of the smoking-related ED is an important argument in improving public health measures’, in favor, analysis of population measures to reduce the prevalence of smoking, determination of measures with a high practice potential in the Russian Federation, and developing proposals for their implementation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.