Корецкий Сергей Николаевич — кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник отдела фундаментальных и прикладных аспектов ожирения.
Москва.
Тел.: +7 (917) 556-50-28
Tel.: +7 (917) 556-50-28
Moscow.
Мершина Елена Александровна — кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник отдела лучевой диагностики, доцент кафедры лучевой диагностики и лучевой терапии.
Москва.
Moscow.
Мясников Роман Петрович — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отдела клинической кардиологии и молекулярной генетики.
Москва.
Moscow.
Куликова Ольга Викторовна — младший научный сотрудник отдела клинической кардиологии и молекулярной генетики.
Москва.
Moscow.
Миргородская Ольга Владимировна — кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник отдела общественного здоровья и демографии.
Москва.
Moscow.
Мешков Алексей Николаевич — кандидат медицинских наук, руководитель лаборатории молекулярной генетики.
Москва.
Moscow.
Синицын Валентин Евгеньевич — доктор медицинских наук, профессор, руководитель отдела лучевой диагностики, заведующий кафедрой лучевой диагностики и лучевой терапии.
Москва.
Moscow.
Драпкина Оксана Михайловна — доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАН, директор.
Москва.
Moscow.
Цель. Оценить диагностическое значение стандартных и модифицированных ультразвуковых критериев некомпактного миокарда (НМ) левого желудочка (ЛЖ).
Материал и методы. В исследование включено 37 пациентов. Всем пациентам проведены эхокардиография и магнитно-резонансная томография (МРТ). Пациенты включались в исследование при наличии любого из стандартных эхокардиографических (ЭхоКГ) критериев НМ ЛЖ: Chin, Jenni, Stollberger. Проводилось изучение модифицированных ЭхоКГ-критериев НМ ЛЖ в 4-х и 3-камерных верхушечных проекциях в систолу и диастолу в области переднебоковой (ПБсист и ПБдиаст) и заднебоковой (ЗБсист и ЗБдиаст) стенок при отношении некомпактного слоя к компактному (Н/К) >2. Для оценки диагностического значения ЭхоКГ-критериев НМ рассчитывали специфичность (Сп) и чувствительность (Чв), отношение правдоподобия для положительных (ОП+) и отрицательных (ОП-) результатов теста, проводили анализ операционной характеристической кривой (ROC).
Результаты. В исследование включено 19 женщин (51,4%) и 18 мужчин (48,6%), в возрасте от 18 до 69 лет. Средний возраст пациентов 37,7±12,6 лет. Относительно МРТ-критерия Petersen для критерия Chin: Чв=55% и Сп=53% (ОП+ =1,2, ОП- =0,9); для критерия Jenni: Чв=55% и Сп=35% (ОП+ =0,9, ОП- =1,3); для критерия Stollberger: Чв=70% и Сп=18% (ОП+ =0,9, ОП- =1,7); для ЗБдиаст Сп=82% и Чв=50% (ОП+=2,8, ОП- =0,6). Относительно МРТ-критерия Grothoff, при котором определялась масса НМ в процентах, для критерия Chin: Чв=69% и Сп=58% (ОП+ =1,7, ОП-=0,5); для критерия Jenni: Чв=85% и Сп=54% (ОП+ =1,9, ОП- =0,3); для критерия Stollberger: Чв=77% и Сп=25% (ОП+ =1,0, ОП- =0,9); для ЗБдиаст: Чв=62% и Сп=79% (ОП+ =3,0, ОП- =0,5); для ЗБсист: Чв=84% и Сп=63% (ОП+ =2,2, ОП- =0,3); для ПБдиаст: Чв=69% и Сп=83% (ОП+ =4,1, ОП- =0,4); для ПБсист: Чв=92% и Сп=71% (ОП+ =3,1, ОП- =0,1). Относительно МРТ-критерия Grothoff, при котором определялась индексированная масса НМ, для критерия Chin: Чв=59% и Сп=70% (ОП+ =2,0, ОП- =0,6); для критерия Jenni: Чв=67% и Сп=60% (ОП+ =1,7, ОП- =0,6); для критерия Stollberger: Чв=78% и Сп=30% (ОП+ =1,1, ОП- =0,7); для ЗБдиаст: Чв=33% и Сп=60% (ОП+ =0,7, ОП- =1,3); для ЗБсист: Чв=59% и Сп=60% (ОП+ =1,5, ОП- =0,7); для ПБдиаст: Чв=41% и Сп=80% (ОП+ =2,0, ОП- =0,7); для ПБсист: Чв=67% и Сп=90% (ОП+ =6,7, ОП- =0,4).
При ROC-анализе при Н/К =2,3 для критерия ПБсист Чв составила 62% при Сп=92%, при Н/К =2,2 для критерия ЗБсист в заднебоковой проекции в систолу Чв составила 62% при Сп=83%, при Н/К =2,1 в переднебоковой проекции в диастолу для критерия ПБдиаст Чв составила 54% при Сп=88%, при Н/К =2,1 для критерия ЗБдиаст в заднебоковой проекции в диастолу Чв составила 46% при Сп=96%.
Заключение. Стандартные ЭхоКГ-критерии характеризуются умеренной Чв и низкой Сп. Для улучшения диагностической точности НМ возможно сочетанное использование модифицированных ЭхоКГ-критериев. В качестве скрининга НМ для улучшения Сп исследования может быть полезным использование Н/К =2,2 для критерия ЗБсист и Н/К =2,3 для критерия ЗБсист.
Aim. To assess the diagnostic value of standard and modified ultrasound criteria for left ventricular noncompaction (LVNC).
Material and methods. The study included 37 patients. All patients underwent echocardiography and magnetic resonance imaging (MRI). Patients with any of the standard echocardiographic criteria for LVNC (Chin, Jenni, Stollberger) were included in the study. We studied modified echocardiographic criteria of LVNC in 4 and 3-chamber apical views in systole and diastole in the anterolateral (ALsist and ALdiast) and posterolateral (PLsist and PLdiast) walls with the non-compact to compact layer ratio (NC/C) >2. To assess the diagnostic value of the echocardiographic LVNC criteria, the specificity (SP) and sensitivity (SN), the likelihood ratio for positive (LR+) and negative (LR-) test results were calculated, and the operating characteristic curve (ROC) was analyzed.
Results. The study included 19 women (51,4%) and 18 men (48,6%), aged 18 to 69 years. The mean age of the patients was 37,7±12,6 years. Relative to the Petersen's MRI-criterion for the Chin's criterion, SN was 55%, SP — 53% (LR+ =1,2, LR- =0,9); for the Jenni's criterion, SN — 55%, SP — 35% (LR+ =0,9, LR- =1,3); for the Stollberger's criterion, SN — 70%, SP — 18% (LR+ =0,9, LR- =1,7); for PLsyst criterion, SP — 82%, SN — 50% (LR+ =2,8, LR- =0,6). Relative to the Grothoff's MRI-criterion, which determined the LVNC mass as a percentage, for the Chin's criterion, SN was 69%, SP — 58% (LR+ =of 1,7, LR- =0,5); for the Jenni's criterion, SN — 85%, SP — 54% (LR+ =1,9, LR- =0,3); for the Stollberger's criterion, SN — 77%, SP — 25% (LR+ =1,0, LR- =0,9); for PLdiast criterion SP — 79%, SN — 62% (LR+ =3,0, LR- =0,5); for PLsyst criterion SP — 63%, SN — 84% (LR+ of 2,2, LR- =0,3); for ALdiast criterion, SP — 83%, SN — 69% (LR+ =4,1, LR- =0,4); for ALsyst criterion, SP — 71%, SN — 92% (LR+ =3,1, LR- =0,1). Relative to the Grothoff's MRI-criterion, which determined the LVNC mass index, for the Chin's criterion, SN was 59%, SP — 70% (LR+ =2,0, LR- =0,6); for the Jenni's criterion, SN — 67%, SP — 60% (LR+ =1,7, LR- =0,6); for the Stollberger's criterion SN — 78%, SP — 30% (LR+ =1,1, LR- =0,7); for the PLdiast criterion, SN — 33%, SP — 60% (LR+ =0,7, LR- =1,3); for PLsist criterion, SN — 59%, SP — 60% (LR+ =1,5, LR- =0,7); for ALdiast criterion, SN — 41%, SP — 80% (LR+ =2,0, LR- =0,7); for ALsist criterion, SN — 67%, SP — 90% (LR+ =6,7, LR- =0,4). Using ROC analysis with NC/C ratio of 2,3 for the ALsyst criterion, SN was 62%, SP — 92%; with NC/C ratio of 2,2 for PLsyst criteria in a posterolateral view in systole, SN — 62%, SP — 83%; with NC/C ratio of 2,1 for ALdiast criterion in an anterolateral view in diastole, SN — 54%, SP — 88%; with NC/C ratio of 2,1 for PLdiast criterion in a posterolateral view in diastole, SN — 46%, SP — 96%.
Conclusion. Standard echocardiographic criteria are characterized by moderate sensitivity and low specificity. To improve the diagnostic accuracy of LVNC, the combined use of modified echocardiographic criteria is possible. As a screening of LVNC, using NC/C of 2,2 for the PLsist and NC/C of 2,3 for the PLsist to improve the specificity of the study should be useful.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.