Марцевич Сергей Юрьевич — доктор медицинских наук, профессор, главный научный сотрудник, руководитель отдела профилактической фармакотерапии.
Москва.
Moscow.
Толпыгина Светлана Николаевна — доктор медицинских наук, ведущий научный сотрудник отдела.
Москва.
Тел.: +7 (906) 793-92-63
Moscow.
Tel.: +7 (906) 793-92-63
Загребельный Александр Васильевич — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отдела.
Москва.
Moscow.
Чернышева Маргарита Ивановна — врач отделения медицинской профилактики.
Москва.
Moscow.
Воронина Виктория Петровна — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отдела профилактической фармакотерапии.
Москва.
Moscow.
Кутишенко Наталья Петровна — доктор медицинских наук, руководитель лаборатории фармакоэпидемиологических исследований отдела профилактической фармакотерапии.
Москва.
Moscow.
Дмитриева Надежда Анатольевна — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник лаборатории фармакоэпидемиологических исследований отдела.
Москва.
Moscow.
Лерман Ольга Викторовна — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отдела профилактической фармакотерапии.
Москва.
Moscow.
Лукина Юлия Владимировна — кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник лаборатории фармакоэпидемиологических исследований отдела.
Москва.
Moscow.
Благодатских Светлана Владимировна — кандидат биологических наук, старший научный сотрудник отдела профилактической фармакотерапии.
Москва.
Moscow.
Лукьянов Михаил Михайлович — кандидат медицинских наук, руководитель отдела клинической кардиологии и молекулярной генетики.
Москва.
Moscow.
Окшина Елена Юрьевна — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отдела клинической кардиологии и молекулярной генетики.
Москва.
Moscow.
Парсаданян Натэлла Эдуардовна — главный врач.
Москва.
Moscow.
Драпкина Оксана Михайловна — доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАН, директор.
Москва.
Moscow.
Цель. Оценить качество рекомендуемого в поликлинике медикаментозного лечения больных, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения (ОНМК), до его развития и в течение 2 лет после выписки, в зависимости от наличия или отсутствия сахарного диабета (СД).
Материал и методы. Включены 684 пациента, прикрепленных к Городской поликлинике № 64 г. Москвы, выписанных из ГКБ им. Ф.И. Иноземцева г. Москвы с 01.01.2012 по 30.04.2017гг с диагнозом ОНМК/транзиторная ишемическая атака, из которых 122 имели диагноз СД.
Результаты. До ОНМК терапия была рекомендована 67,3% больным СД и 54,7% без СД (p<0,01): статины — 15,5 и 14,4%, дезагреганты — 32,7 и 25,5%, ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента (иАПФ)/блокаторы рецепторов к ангиотензину II (БРА) — 41,4 и 37,9%, бета-адреноблокаторы (β-АБ) — 9,1 и 7,8%, соответственно. За первые 6 мес. после ОНМК частота назначения статинов увеличилась до 39,6 и 39,2%, дезагрегантов до 62,6 и 51,9%, иАПФ/БРА до 68,2 и 66%, в-АБ до 51,6 и 37,2%, соответственно, а после 6 мес. снова снизилась: до 28,8 и 27,1% для статинов, до 30,7 и 35,2% для дезагрегантов, до 43,3 и 42,6% для иАПФ/ БРА и осталась прежней для в-АБ, соответственно. Достоверных различий в частоте назначения большинства лекарственных препаратов пациентам с СД и без него как до, так и после референсного ОНМК, не было, за исключением гипогликемических.
Заключение. Терапия пациентов с перенесенным ОНМК, как при наличии СД, так и без него, рекомендуемая в поликлинике, характеризуется недостаточной частотой назначения основных групп лекарственных препаратов, необходимых для вторичной профилактики сердечно-сосудистых осложнений на всех этапах наблюдения.
Aim. To assess the quality of medication treatment in the polyclinic within 2 years after discharge, depending on presence/absence of diarecommended for patients with stroke before its development and betes.
Material and methods. The study included 684 patients assigned to the City Polyclinic № 64 (Moscow), discharged from F.I. Inozemtsev City Clinical Hospital (Moscow) for a period from January 1, 2012 to April 30, 2017 with a diagnosis of stroke/transient ischemic attack, of which 122 were diagnosed with diabetes.
Results. Before stroke, therapy was recommended for 67,3% of patients with diabetes and 54,7% without diabetes (p<0,01): statins — 15,5 and 14,4%, antiplatelet agents — 32,7 and 25,5%, angiotensinconverting enzyme (ACE) inhibitors/angiotensin II receptor blockers (ARBs) — 41,4 and 37,9%, beta-blockers (BBs) — 9,1% and 7,8%, respectively. For the first 6 months after stroke, the rate of statin therapy increased to 39,6 and 39,2%, antiplatelet drugs — to 62,6 and 51,9%, ACE inhibitors/ARBs — to 68,2 and 66%, BBs — to 51,6 and 37,2%, respectively. Then, after 6 months it decreased again to 28,8 and 27,1% for statins, to 30,7 and 35,2% for antiplatelet agents, to 43,3 and 42,6% for ACE inhibitors/ARBs and remained the same for BBs, respectively. There were no significant differences in the prevalence of prescribing most drugs to patients with and without diabetes, both before and after stroke, with the exception of hypoglycemic medications.
Conclusion. The therapy of patients with previous stroke, both with and without diabetes, recommended in the polyclinic, is characterized by an insufficient prescription rate of main drug classes necessary for secondary cardiovascular prevention at all follow-up stages.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.