Певзнер Дмитрий Вольфович — кандидат медицинских наук, зав. блоком интенсивной терапии отдела неотложной кардиологии
Москва
Pevzner Dmitrii V. — Candidate of Medical Sciences, Head of the Intensive Care Unit of the Emergency Cardiology Department
Moscow
Рытова Юлия Константиновна — врач-ординатор отдела неотложной кардиологии
Москва
Rytova Yulia K. — Resident of the Emergency Cardiology Department
Moscow
Меркулова Ирина Алексеевна — врач-кардиолог блока интенсивной терапии, лаборант-исследователь отдела неотложной кардиологии
Москва
Merkulova Irina A. — Cardiologist of the Intensive Care Unit, Laboratory Researcher of the Emergency Cardiology Department
Moscow
Меркулов Евгений Владимирович — доктор медицинских наук, старший научный сотрудник, заведующий 1 отделением рентгенхирургических методов диагностики и лечения
Москва
Merkulov Evgenii V. — Doctor of Medical Sciences, Senior Researcher, Head of the 1st Department of X-ray Surgical Methods of Diagnosis and Treatment
Moscow
Цель. Оценить эффективность и безопасность различных режимов антитромботической терапии после имплантации окклюдера ушка левого предсердия (ОУЛП) в реальной клинической практике.
Материал и методы. В проспективное наблюдательное исследование были включены 90 пациентов с неклапанной формой фибрилляции предсердий и высоким риском развития ишемического инсульта/системной эмболии, которым была выполнена эндоваскулярная изоляция ушка левого предсердия устройством Watchman. Первичной конечной точкой была выбрана кумулятивная частота развития ишемического инсульта/транзиторной ишемической атаки/системной эмболии, больших и клинически значимых кровотечений по критериям регистра GARFIELD (The Global Anticoagulant Registry in the Field-Atrial Fibrillation), смерти от всех причин.
Результаты. Пациенты были разделены на подгруппы в зависимости от антитромботической терапии, проводимой после имплантации ОУЛП: 1) прямые оральные антикоагулянты (ПОАК) ± антиагреганты; 2) варфарин ± антиагреганты; 3) двойная антитромбоцитарная терапия (аспирин + клопидогрел). При проведении многофакторного анализа выявлена тенденция к меньшей частоте достижения первичной конечной точки в группе ПОАК в сравнении как с варфарином (отношение рисков 8,49; 95% доверительный интервал: 2,0-36,15; p=0,004), так и с антиагрегантами (отношение рисков 4,34; 95% доверительный интервал: 1,08-17,36; p=0,038). При этом значимых различий по частоте достижения первичной конечной точки между группами варфарина и антиагрегантов не выявлено. Связи тромбоза поверхности устройства с режимом послеоперационной антитромботической терапии не обнаружено.
Заключение. Эндоваскулярная окклюзия ушка левого предсердия является эффективной и безопасной альтернативой антикоагулянтной терапии. В настоящем исследовании впервые в условиях реальной клинической практики получены данные о том, что назначение ПОАК после имплантации ОУЛП ассоциировано с бóльшим профилем эффективности и безопасности в сравнении с варфарином и с двойной антитромбоцитарной терапией.
Aim. To evaluate the efficacy and safety of various antithrombotic regimens after left atrial appendage occlusion (LAAO) in real clinical practice.
Material and methods. This prospective observational study included 90 patients with nonvalvular atrial fibrillation and a high risk of ischemic stroke/systemic embolism who underwent endovascular LAAO using the Watchman device. The primary endpoint was the cumulative incidence of ischemic stroke/transient ischemic attack/systemic embolism, major and clinically relevant bleeding according to the Global Anticoagulant Registry in the Field-Atrial Fibrillation (GARFIELD) criteria, and all-cause mortality.
Results. Patients were divided into subgroups depending on the antithrombotic therapy carried out after LAAO: 1) direct oral anticoagulants (DOACs) ± antiplatelet agents; 2) warfarin ± antiplatelet agents; 3) dual antiplatelet therapy (aspirin + clopidogrel). Multivariate analysis showed a trend toward a lower incidence of the primary endpoint in the DOAC group compared with both warfarin (hazard ratio, 8,49; 95% confidence interval: 2,0-36,15; p=0,004) and antiplatelet agents (hazard ratio, 4,34; 95% confidence interval: 1,08-17,36; p=0,038). At the same time, there were no significant differences in the prevalence of primary endpoint between the warfarin and antiplatelet groups. There was no relationship between device-related thrombosis and postoperative antithrombotic regimen.
Conclusion. Endovascular LAAO is an effective and safe alternative to anticoagulant therapy. The present real-world evidence study revealed that the administration of DOACs after LAAO is associated with a greater efficacy and safety profile compared to warfarin and dual antiplatelet therapy.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.