Яралиева Эльвира Куруглиевна — младший научный сотрудник отдела профилактики остеопороза и коморбидных состояний
Москва
Moscow
Скрипникова Ирина Анатольевна — доктор медицинских наук, руководитель отдела профилактики остеопороза и коморбидных состояний
Москва
Moscow
Мясников Роман Петрович — кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник отдела клинической кардиологии и молекулярной генетики
Москва
Moscow
Куликова Ольга Викторовна — кандидат медицинских наук, научный сотрудник отдела клинической кардиологии и молекулярной генетики
Москва
Moscow
Новиков Валерий Евгеньевич — кандидат медицинских наук, научный сотрудник отдела профилактики остеопороза и коморбидных состояний
Москва
Moscow
Мягкова Маргарита Анатольевна — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отдела профилактики остеопороза и коморбидных состояний
Москва
Moscow
Выгодин Владимир Анатольевич — старший научный сотрудник лаборатории биостатистики
Москва
Moscow
Драпкина Оксана Михайловна — доктор медицинских наук, профессор, академик РАН, директор
Москва
Moscow
Цель. Оценить минеральную плотность кости (МПК) и показатели костного обмена у мужчин с хронической сердечной недостаточностью (ХСН) различного генеза.
Материал и методы. В исследование включено 100 мужчин в возрасте 20-70 лет. Основную группу составили 60 мужчин с ХСН, контрольную группу — 40 мужчин без ХСН. МПК измерялась с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии. Уровни костных маркеров CTх и P1NP (C-концевого телопептида коллагена I типа и N-концевого пропептида проколлагена 1 типа) в сыворотке крови определялись методом электрохемилюминесцентного иммуноанализа.
Результаты. Анализ в группе с ХСН показал наличие значимой обратной корреляционной связи для показателей МПК позвоночника, шейки бедра и проксимального отдела бедра с функциональным классом ХСН, независимый характер которой был подтвержден многофакторным регрессионным анализом: МПК L1-L4 (β=-0,135, p=0,001), шейка бедра (β=-0,122, р=0,001), проксимальный отдел бедра (β=-0,127, р=0,001). Однако средние значения МПК во всех измеренных участках скелета не различались в основной и контрольной группах. Средний уровень P1NP был значимо ниже в группе ХСН в сравнении с контрольной группой — 42,5±15,0 vs 52,6±19,8 нг/мл (р=0,007). Маркер костной резорбции СТх независимо ассоциировался со стадией ХСН (β=0,137, р=0,001) и уровнем N-концевого промозгового натрийуретического пептида (β=0,128, р=0,001), а также отрицательно коррелировал с фракцией выброса левого желудочка (r=-0,36, р<0,01) и положительно — с конечно-диастолическим объемом левого желудочка (r=0,34, р<0,01).
Заключение. У мужчин с ХСН МПК обратно связана с функциональным классом ХСН, который выступает как независимый фактор снижения костной массы. Различий в частоте низкой костной массы у мужчин с ХСН и в контрольной группе выявлено не было. Отмечено значимое снижение маркера костеобразования у больных ХСН по сравнению с контрольной группой и ассоциация маркера костной резорбции с показателями тяжести ХСН.
Aim. To evaluate bone mineral density (BMD) and parameters of bone metabolism in men with heart failure (HF) of various origins.
Material and methods. The study included 100 men aged 20-70 years. The main group consisted of 60 men with HF, while the control group — 40 men without HF. BMD was measured using dual energy X-ray absorptiometry. The levels of C-terminal telopeptide type I collagen (CTx) and N-terminal propeptide type 1 procollagen (P1NP) were determined in blood serum by electrochemiluminescence immunoassay.
Results. Analysis in the group with HF showed a significant inverse correlation for the BMD of the spine, femoral neck and proximal femur with HF class, the independent nature of which was confirmed by multivariate regression analysis: BMD L1-L4 (β=-0,135, p=0,001), femoral neck (β=-0,122, p=0,001), proximal femur (β=-0,127, p=0,001). However, the average values of BMD in all measured areas did not differ in the main and control groups. The mean P1NP level was significantly lower in the HF group compared to the control group — 42,5±15,0 vs 52,6±19,8 ng/ml (p=0,007). The bone resorption marker CTx was independently associated with HF stage (β=0,137, p=0,001) and N-terminal pro-brain natriuretic peptide level (β=0,128, p=0,001), and also negatively correlated with the left ventricular ejection fraction (r=-0,36, p<0,01) and positively — with left ventricular end-diastolic volume (r=0,34, p<0,01).
Conclusion. In men with HF, BMD is inversely related to HF class, which acts as an independent factor in reducing bone mass. There were no differences in the frequency of low bone mass in men with HF and in the control group. A significant decrease in bone formation marker in patients with HF compared with the control group and an association of bone resorption marker with HF severity were noted.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.