Баланова Юлия Андреевна — д.м.н., в.н.с. отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.
Москва
Moscow
Шальнова Светлана Анатольевна — д.м.н., профессор, руководитель отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.
Москва
Moscow
Имаева Асия Эмвяровна — д.м.н., в.н.с. отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.
Москва
Moscow
Куценко Владимир Александрович — с.н.с. лаборатории биостатистики отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.
Москва
Moscow
Капустина Анна Владимировна — с.н.с. отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.
Москва
Moscow
Евстифеева Светлана Евгеньевна — к.м.н., с.н.с. отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.
Москва
Moscow
Муромцева Галина Аркадьевна — к.б.н., в.н.с. отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.
Москва
Moscow
Шепель Руслан Николаевич — к.м.н., зам. директора по перспективному развитию медицинской деятельности.
Москва
Moscow
Драпкина Оксана Михайловна — д.м.н., профессор, академик РАН, директор.
Москва
Moscow
Цель. Изучить риск развития сахарного диабета 2 типа (СД2) по шкале FINDRISC (Finnish Diabetes Risk Score) и его вклад в общую смертность и сердечно-сосудистые события в российской популяции 25-64 лет.
Материал и методы. Включены данные одномоментных исследований ЭССЕ-РФ и ЭССЕ-РФ2 (Эпидемиология сердечно-сосудистых заболеваний в регионах Российской Федерации). Случайная выборка сформирована по методу Киша. Отклик ~80%. В модульный вопросник включены социально-демографические переменные, заболевания в анамнезе, основные факторы риска неинфекционных заболеваний. Взятие крови выполнено из локтевой вены натощак. Биохимические показатели определяли в клинко-диагностической лаборатории "НМИЦ ТПМ". Наличие СД2 устанавливалось опросным методом и/или при уровне глюкозы плазмы натощак ≥7,0 ммоль/л. За ожирение принимали значение индекса массы тела ≥30,0 кг/м2, за абдоминальное ожирение — окружность талии у мужчин ≥102 см, у женщин ≥88 см. Балльная оценка шкалы FINDRISC: риск развития СД2 низкий (<7), незначительно повышенный (7-11), умеренный (12-14), высокий (15-20), очень высокий (>20). Исключены лица с СД и беременные. Итоговая выборка — 26418 человек (10268 мужчин и 16150 женщин). Из 14 регионов ЭССЕ-РФ и ЭССЕ-РФ2 сформировали когорту проспективного наблюдения (n=22812), медиана наблюдения — 7,5 лет). Статистическая обработка выполнена с помощью языка статистического программирования и среды R (версия 4.1) с открытым исходным кодом.
Результаты. Пятая часть лиц 25-64 лет находится в зоне ≥ умеренного риска развития СД2. Частота FINDRISC ≥15 баллов составила 10,1% (женщины 12,4% vs мужчины 6,4%, р<0,001); ≥12 баллов — 23,7%. Выявлена тесная связь между нарушенной гликемией натощак и риском развития СД2 при FINDRISC ≥15 и ≥12 (р<0,001). Выживаемость ухудшается при FINDRISC ≥12 и ≥15, наихудшие показатели выживаемости — у лиц с СД2 (р<0,001). Вероятность наступления сердечно-сосудистых событий последовательно возрастает при FINDRISC ≥12, ≥15, наличии СД2. В модели Кокса для общей смертности значимо только наличие СД2, для сердечно-сосудистой и комбинированной конечной точки статистически значимы FINDRISC ≥15 и наличие СД2.
Заключение. Важной задачей медицинского сообщества является выявление лиц, подверженных риску развития СД2 на уровне популяции. Ранняя профилактика факторов риска СД2 позволяет отсрочить или предотвратить развитие как СД2, так и сердечно-сосудистых событий.
Aim. To study the risk of type 2 diabetes (T2D) using the Finnish Diabetes Risk Score (FINDRISC) and its contribution to all-cause mortality and cardiovascular events in the Russian population aged 25-64 years.
Material and methods. Data from cross-sectional studies ESSE-RF and ESSE-RF2 are included. The random sample was formed using the Kish method. Response was ~80%. The modular questionnaire included socio-demographic variables, medical history, and main risk factors for noncommunicable diseases. Blood was collected from the antecubital vein on an empty stomach. Biochemical parameters were determined in the clinical diagnostic laboratory of the National Medical Research Center for Therapy and Preventive Medicine. The presence of T2D was determined by questionnaire and/or fasting plasma glucose level ≥7,0 mmol/L. Obesity was defined as a body mass index of ≥30,0 kg/m2; abdominal obesity was defined as a waist circumference of ≥102 cm in men and ≥88 cm in women. FINDRISC risk was graduated as follow: low (<7), slight (7-11), moderate (12-14), high (15-20), very high (>20). Persons with diabetes and pregnant women were excluded. The final sample included 26418 people (10268 men and 16150 women). From 14 regions, ESSE-RF and ESSE-RF2 formed a prospective follow-up cohort (n=22812), median follow-up — 7,5 years). Statistical processing was performed using the open-source statistical programming language and environment R (version 4.1).
Results. A fifth of people aged 25-64 years are at ≥ moderate risk of T2D. The rate of FINDRISC ≥15 was 10,1% (women 12,4% vs men 6,4%, p<0,001); ≥12 points — 23,7%. A close relationship was found between impaired fasting glucose and the risk of T2D with FINDRISC ≥15 and ≥12 (p<0,001). Survival worsens for FINDRISC ≥12 and ≥15, with the worst survival rates in individuals with T2D (p<0,001). The likelihood of cardiovascular events consistently increases with FINDRISC ≥12, ≥15, and T2D. In the Cox model, only T2D is significant for all-cause mortality; FINDRISC ≥15 and T2D are significant for the cardiovascular and combined endpoints.
Conclusion. An important task of the medical community is to identify individuals at risk of T2D at the population level. Early prevention of T2D risk factors can delay or prevent both T2D and cardiovascular events.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.