<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.3 20210610//EN" "JATS-journalpublishing1-3.dtd">
<article article-type="research-article" dtd-version="1.3" xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" xml:lang="ru"><front><journal-meta><journal-id journal-id-type="publisher-id">cardiovascular</journal-id><journal-title-group><journal-title xml:lang="ru">Кардиоваскулярная терапия и профилактика</journal-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Cardiovascular Therapy and Prevention</trans-title></trans-title-group></journal-title-group><issn pub-type="ppub">1728-8800</issn><issn pub-type="epub">2619-0125</issn><publisher><publisher-name>«SILICEA-POLIGRAF» LLC</publisher-name></publisher></journal-meta><article-meta><article-id pub-id-type="doi">10.15829/1728-8800-2023-3548</article-id><article-id custom-type="elpub" pub-id-type="custom">cardiovascular-3548</article-id><article-categories><subj-group subj-group-type="heading"><subject>Research Article</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="ru"><subject>СЕРДЕЧНО-СОСУДИСТЫЙ РИСК</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="en"><subject>CARDIOVASCULAR RISK FACTORS</subject></subj-group></article-categories><title-group><article-title>Прогностическая значимость тропонина I в оценке сердечно сосудистого риска в российской популяции. По результатам многоцентровых исследований ЭССЕ-РФ1 и ЭССЕ-РФ2</article-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Prognostic significance of troponin I in assessing cardiovascular risk in the Russian population. Data from ESSE-RF1 and ESSE-RF2 multicenter studies</trans-title></trans-title-group></title-group><contrib-group><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-4453-8430</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Драпкина</surname><given-names>О. М.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Drapkina</surname><given-names>O. M.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Драпкина Оксана Михайловна — доктор медицинских наук, профессор, академик РАН, директор.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">ODrapkina@gnicpm.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-2087-6483</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Шальнова</surname><given-names>С. А.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Shalnova</surname><given-names>S. A.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Шальнова Светлана Анатольевна — доктор медицинских наук, профессор, руководитель отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">svetlanashalnova@yandex.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-2062-1536</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Концевая</surname><given-names>А. В.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Kontsevaya</surname><given-names>A. V.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Концевая Анна Васильевна — доктор медицинских наук, заместитель директора по научной и аналитической работе.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">akontsevaya@gnicpm.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0001-9844-3122</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Куценко</surname><given-names>В. А.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Kutsenko</surname><given-names>V. A.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Куценко Владимир Александрович — старший научный сотрудник лаборатории биостатистики отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России; аспирант кафедры теории вероятностей, отделение математики, механико-математический факультет, ФГБОУ ВО "МГУ им. М.В. Ломоносова".</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">vlakutsenko@ya.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-2"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-9624-9374</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Капустина</surname><given-names>А. В.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Kapustina</surname><given-names>A. V.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Капустина Анна Владимировна — старший научный сотрудник отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">akapustina@gnicpm.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0001-8011-2798</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Баланова</surname><given-names>Ю. А.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Balanova</surname><given-names>Yu. A.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Баланова Юлия Андреевна — доктор медицинских наук, ведущий научный сотрудник отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">jbalanova@gnicpm.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-7486-4667</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Евстифеева</surname><given-names>С. Е.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Evstifeeva</surname><given-names>S. E.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Евстифеева Светлана Евгеньевна — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">sevstifeeva@gnicpm.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-2812-959X</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Иванова</surname><given-names>А. А.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Ivanova</surname><given-names>A. A.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Иванова Анна Александровна — младший научный сотрудник отдела фундаментальных и прикладных аспектов ожирения.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">annaivanova12121@yandex.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-9332-0622</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Имаева</surname><given-names>А. Э.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Imaeva</surname><given-names>A. E.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Имаева Асия Эмверовна — доктор медицинских наук, старший научный сотрудник отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">aimaeva@gnicpm.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-3288-7315</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Макогон</surname><given-names>Н. В.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Makogon</surname><given-names>N. V.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Макогон Никита Владимирович — младший научный сотрудник отдела фундаментальных и прикладных аспектов ожирения.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">nikimakogon@gmail.com</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0001-8665-9129</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Метельская</surname><given-names>В. А.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Metelskaya</surname><given-names>V. A.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Метельская Виктория Алексеевна — доктор биологических наук, профессор, руководитель отдела изучения биохимических маркеров риска хронических неинфекционных заболеваний.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">vmetelskaya@gnicpm.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-0240-3941</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Муромцева</surname><given-names>Г. А.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Muromtseva</surname><given-names>G. A.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Муромцева Галина Аркадьевна — кандидат биологических наук, ведущий научный сотрудник отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">gmuromtseva@gnicpm.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-3715-6896</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Филичкина</surname><given-names>Е. М.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Filichkina</surname><given-names>E. M.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Филичкина Елена Михайловна — младший научный сотрудник лаборатории биостатистики отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний.</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">efilichkina@gnicpm.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-6615-4315</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Яровая</surname><given-names>Е. Б.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Yarovaya</surname><given-names>E. B.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Яровая Елена Борисовна — доктор физико-математических наук, профессор, руководитель лаборатории биостатистики отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России; доцент кафедры теории вероятностей, отделение математики, механико-математический факультет, ФГБОУ ВО "МГУ им. М.В. Ломоносова".</p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">yarovaya@mech.math.msu.su</email><xref ref-type="aff" rid="aff-2"/></contrib></contrib-group><aff-alternatives id="aff-1"><aff xml:lang="ru">ФГБУ "Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины" Минздрава России<country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en">National Medical Research Center for Therapy and Preventive Medicine<country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><aff-alternatives id="aff-2"><aff xml:lang="ru">ФГБУ "Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины" Минздрава России; ФГБОУ ВО "Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова"<country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en">National Medical Research Center for Therapy and Preventive Medicine; Lomonosov Moscow State University<country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><pub-date pub-type="collection"><year>2023</year></pub-date><pub-date pub-type="epub"><day>08</day><month>06</month><year>2023</year></pub-date><volume>22</volume><issue>5</issue><fpage>3548</fpage><lpage>3548</lpage><permissions><copyright-statement>Copyright &amp;#x00A9; Драпкина О.М., Шальнова С.А., Концевая А.В., Куценко В.А., Капустина А.В., Баланова Ю.А., Евстифеева С.Е., Иванова А.А., Имаева А.Э., Макогон Н.В., Метельская В.А., Муромцева Г.А., Филичкина Е.М., Яровая Е.Б., 2023</copyright-statement><copyright-year>2023</copyright-year><copyright-holder xml:lang="ru">Драпкина О.М., Шальнова С.А., Концевая А.В., Куценко В.А., Капустина А.В., Баланова Ю.А., Евстифеева С.Е., Иванова А.А., Имаева А.Э., Макогон Н.В., Метельская В.А., Муромцева Г.А., Филичкина Е.М., Яровая Е.Б.</copyright-holder><copyright-holder xml:lang="en">Drapkina O.M., Shalnova S.A., Kontsevaya A.V., Kutsenko V.A., Kapustina A.V., Balanova Y.A., Evstifeeva S.E., Ivanova A.A., Imaeva A.E., Makogon N.V., Metelskaya V.A., Muromtseva G.A., Filichkina E.M., Yarovaya E.B.</copyright-holder><license license-type="creative-commons-attribution" xlink:href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/" xlink:type="simple"><license-p>This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.</license-p></license></permissions><self-uri xlink:href="https://cardiovascular.elpub.ru/jour/article/view/3548">https://cardiovascular.elpub.ru/jour/article/view/3548</self-uri><abstract><sec><title>Цель</title><p>Цель. Оценить значимость тропонина I (hs-cTnI) для стратификации сердечно-сосудистого риска в популяционном исследовании российских мужчин и женщин трудоспособного возраста.</p></sec><sec><title>Материал и методы</title><p>Материал и методы. Проанализированы данные 13976 мужчин и женщин в возрасте 25-64 лет из наблюдательных многоцентровых исследований ЭССЕ-РФ1 и ЭССЕ-РФ2 (Эпидемиология сердечно-сосудистых заболеваний и их факторов риска в регионах Российской Федерации). Обследование включало: опрос по стандартной анкете, измерения роста, веса, окружности талии, индекса массы тела, артериального давления, частоты пульса, биохимических показателей. Уровень hs-cTnI в образцах сыворотки крови, хранившихся при -70оС в Биобанке ФГБУ "НМИЦ ТПМ" Минздрава России, определяли иммунохемилюминисцентным анализом с микрочастицами. Индивидуальный сердечно-сосудистый риск рассчитывали по шкале SCORE (Systematic Coronary Risk Evaluation): значения &lt;1% — низкий риск; 1-4% — умеренный, 5-9% — высокий и ≥10% — очень высокий. Аналогично исследованию BiomarCaRE, участников разделили на 3 группы по уровню сТnI с учетом пола: для мужчин &lt;6, от 6 до 12 и &gt;12 пг/мл, для женщин &lt;4, от 4 до 10 и &gt;10 пг/мл. Проспективно собрали жесткие конечные точки (КТ): смерть от сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) или нефатальный инфаркт миокарда, и комбинированные КТ (ККТ): те же и инсульт.</p></sec><sec><title>Результаты</title><p>Результаты. Проспективный анализ связи уровня тропонина с КТ и ККТ показал, что у участников без ССЗ в анамнезе уровень hs-cTnI &gt;12 пг/мл у мужчин и &gt;10 пг/мл у женщин ассоциирован с увеличением риска наступления КТ и ККТ в 3,39 (1,91-6,03) и 2,69 (1,6-4,52) раз (p&lt;0,001), соответственно. Аналогично BiomarCaRE проведена валидация схемы реклассификации риска, вычисленного по SCORE, путем добавления в показатели значения hs-cTnI. Индекс реклассификации риска NRI (net reclassification improvement index) для КТ и ККТ составил 13 и 11% (p&lt;0,001), соответственно. Среди мужчин реклассификация для ККТ NRI оказалась точнее, чем среди женщин: 19 и 11%, соответственно.</p></sec><sec><title>Заключение</title><p>Заключение. Уровень hs-cTnI является независимым предиктором инфаркта миокарда, инсульта и смерти от ССЗ у лиц 35-64 лет без ССЗ в анамнезе. Добавление уровня hs-cTnI в модель SCORE делает прогноз риска точнее.</p></sec></abstract><trans-abstract xml:lang="en"><sec><title>Aim</title><p>Aim. To assess the significance of troponin I (hs-cTnI) for cardio­vascular risk stratification in a population of Russian working-age men and women of.</p></sec><sec><title>Material and methods</title><p>Material and methods. The data of 13976 men and women aged 25-64 from the ESSE-RF1 and ESSE-RF2 multicenter studies were analyzed. The examination included following points: standard questionnaire, measurements of height, weight, waist circumference, body mass index, blood pressure, pulse rate, biochemical tests. The level of hs-cTnI in blood serum samples stored at -70оC in the Biobank of the National Medical Research Center for Therapy and Preventive Medicine was determined by chemiluminescent immunoassay analysis. Individual cardiovascular risk was calculated using the SCORE scale: values &lt;1% — low risk; 1-4% — moderate, 5-9% — high and ≥10% very high. Similar to the BiomarCaRE study, participants were divided into 3 sex-adjusted cTnI levels: men &lt;6, 6 to 12, and &gt;12 pg/ml; women &lt;4, 4 to 10, and &gt;10 pg/ml. We analyzed following hard endpoints: cardiovascular death or non-fatal myocardial infarction, and composite endpoint: the same and stroke.</p></sec><sec><title>Results</title><p>Results. The prospective analysis of the relationship between troponin levels and endpoints and composite endpoints showed that in participants without prior CVD, hs-cTnI levels &gt;12 pg/ml in men and &gt;10 pg/ml in women are associated with an increased risk of endpoints and composite endpoints by 3,39 (1,91-6,03) and 2,69 (1,6-4,52) times (p&lt;0,001), respectively. Similarly to BiomarCaRE, the SCORE-calculated risk reclassification was validated by adding the hs-cTnI value. The net reclassification improvement index (NRI) for endpoints and composite endpoints was 13% and 11% (p&lt;0,001), respectively. Among men, the reclassification for NRI composite endpoints was more accurate than among women: 19% and 11%, respectively.</p></sec><sec><title>Conclusion</title><p>Conclusion. The hs-cTnI level is an independent predictor of myo­cardial infarction, stroke, and death from CVD in people aged 35-64 years without prior CVD. Adding the hs-cTnI level to the SCORE model makes the risk prediction more accurate.</p></sec></trans-abstract><kwd-group xml:lang="ru"><kwd>тропонин I</kwd><kwd>прогноз</kwd><kwd>сердечно-сосудистый риск</kwd><kwd>конечные точки</kwd><kwd>реклассификация</kwd><kwd>исследование ЭССЕ-РФ</kwd></kwd-group><kwd-group xml:lang="en"><kwd>troponin I</kwd><kwd>prognosis</kwd><kwd>cardiovascular risk</kwd><kwd>end points</kwd><kwd>reclassification</kwd><kwd>ESSE-RF study</kwd></kwd-group><funding-group xml:lang="ru"><funding-statement>Авторы благодарят сотрудников отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний, сотрудников лаборатории "Банк биологического материала" и Клинико-диагностической лаборатории. Большая благодарность участникам исследования ЭССЕ-РФ1 и ЭССЕ-РФ2.</funding-statement></funding-group><funding-group xml:lang="en"><funding-statement>The authors thank the staff of the Department of Epidemiology of Chronic non-communicable Diseases, the staff of the laboratory "Bank of Biological Material" and the Clinical Diagnostic Laboratory. Many thanks to the participants of the ESSE-RF1 and ESSE-RF2 studies.</funding-statement></funding-group></article-meta></front><body><sec><title>Введение</title><p>Определение общего сердечно-сосудистого риска (ССР) стало первостепенной задачей в практике врача, начиная с конца прошлого века, когда была представлена модель риска, основанная на данных Фремингемского исследования [<xref ref-type="bibr" rid="cit1">1</xref>]. С тех пор прошло четверть века. Новые модели и шкалы определения риска появились в Европе, Америке и других странах [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit3">3</xref>]. Однако все они имеют один общий дефект — недостаточную точность определения риска, которая нередко приводит как к его недооценке, так и переоценке [<xref ref-type="bibr" rid="cit4">4</xref>].</p><p>В последние годы важным направлением развития кардиологии является поиск параметров, уточняющих степень риска. Были получены данные, демонстрирующие новые возможности для оценки риска из числа новых показателей, в частности, сердечных тропонинов [<xref ref-type="bibr" rid="cit5">5</xref>].</p><p>Новые технологии определения тропонинов высокочувствительным методом и возможности с помощью низких концентраций так называемого высокочувствительного сердечного тропонина I (high-sensitivity cardiac Troponin I, hs-cTnI) выявлять лиц высокого ССР позволили высказать гипотезу о том, что сердечный тропонин Т (cTnT) и hs-cTnI можно использовать для рестратификации ССР в общей популяции [<xref ref-type="bibr" rid="cit6">6</xref>]. По уровню hs-cTnI можно судить об активности различных патофизиологических процессов, включая некроз и апоптоз кардиомиоцитов [<xref ref-type="bibr" rid="cit7">7</xref>]. Тропонин продемонстрировал свои диагностические и прогностические способности не только при острых поражениях миокарда, но и при ассоциации с сердечно-сосудистыми событиями в ряде длительных проспективных исследований, в которых он оказался независимым предиктором смерти от сердечно-сосудистых причин, развития инфаркта миокарда (ИМ), острого нарушения мозгового кровообращения (ОНМК) и др. [8-10]. Преимуществом данного биомаркера является относительная простота оценки в рутинной практике и невысокая стоимость теста.</p><p>Для понимания роли hs-cTnI в оценке ССР в сравнении с уже известными биомаркерами было проведено крупнейшее в Европе исследование (BiomarCaRE; 2007-2013гг), в котором были проанализированы уровни hs-cTnI у 74738 человек из 10 популяционных когорт Европы. Были получены данные по распределению уровней hs-cTnI в популяциях Европы и положительные ассоциации с факторами риска (ФР) и смертностью от сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) и всех причин [<xref ref-type="bibr" rid="cit11">11</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit12">12</xref>].</p><p>В Российской Федерации (РФ) до последнего времени популяционный анализ уровня hs-cTnI и его ассоциаций с ССЗ и их ФР не проводился. Впервые в 2022г было проведено пилотное исследование по оценке распределения уровня hs-cTnI в выборке населения Вологодской области [<xref ref-type="bibr" rid="cit13">13</xref>]. На этой выборке были изучены ассоциации тропонина с ФР ССЗ и Systematic COronary Risk Evaluation (SCORE), а также потенциальная значимость уровня hs-cTnI в оценке риска ССЗ в общей популяции населения 35-64 лет. Кроме того, впервые в РФ был проведен анализ прогностических возможностей hs-cTnI в отношении неблагоприятных сердечно-сосудистых событий на популяционном уровне [<xref ref-type="bibr" rid="cit14">14</xref>].</p><p>Результаты классификации пациентов с различным уровнем риска по европейским критериям hs-cTnI сравнивали со стандартными критериями риска по SCORE. Было показано, что точность определения риска по SCORE в нашей популяции недостаточна и часть выборки должна быть реклассифицирована.</p><p>Анализ результатов показал, что выживаемость статистически значимо выше в категориях низкого риска по сравнению с лицами, находящимися в категориях умеренного и высокого риска, определенных по уровню hs-сТnI в нашей популяции. Связь между уровнем hs-cTnI и конечной точкой (КТ) осталась значимой и при поправке на SCORE. Повышенная концентрация hs-сTnI статистически значимо ассоциируется с более высокой частотой любых сердечно-сосудистых событий среди населения 35-64 лет без ИМ и ОНМК в анамнезе, а добавление уровня hs-cTnI в модель риска SCORE может повысить точность определения ССР [<xref ref-type="bibr" rid="cit14">14</xref>].</p><p>Основное ограничение выполненного пилотного исследования — недостаточная продолжительность наблюдения и, соответственно, недостаточное число исходов — КТ. Ограничением исследования являлось также его проведение на выборке одного региона РФ. Тем не менее, удалось получить значимые ассоциации между уровнем hs-сTnI и КТ, что, в свою очередь, может служить доказательством целесообразности определения уровня этого биомаркера в сыворотке крови для оценки ССР среди российского населения. Очевидно, что продолжение изучения связи концентрации hs-сTnI с популяционным риском в масштабах нескольких российских территорий, поможет преодолеть указанное ограничение пилотного исследования.</p><p>Цель исследования — оценить значимость уровня hs-cTnI для стратификации ССР у российских мужчин и женщин трудоспособного возраста по результатам многоцентрового исследования.</p></sec><sec><title>Материал и методы</title><p>Исследование базируется на данных наблюдательного исследования ЭССЕ-РФ (Эпидемиология сердечно-сосудистых заболеваний и их факторов риска в регионах Российской Федерации) [<xref ref-type="bibr" rid="cit15">15</xref>]. В данной работе использовались результаты обследования участников исследования ЭССЕ-РФ1 и ЭССЕ-РФ2, включающие Вологодскую, Волгоградскую, Ивановскую, Омскую, Рязанскую и Тюменскую области, Краснодарский, Красноярский и Приморский края, республики Карелия и Северная Осетия (Алания). Исследование было одобрено Независимым этическим комитетом федерального государственного бюджетного учреждения "Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины" Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ "НМИЦ ТПМ" Минздрава России). Каждый участник исследования подписал информированное согласие, включающее разрешение на использование биообразцов для целей научных исследований.</p><p>В исследовании ЭССЕ-РФ использовалась систематическая стратифицированная многоступенчатая случайная выборка, сформированная по территориальному принципу на базе лечебно-профилактических учреждений. Краткое описание: 1 шаг — случайно отбирались поликлиники; 2 шаг — в каждой поликлинике случайно отбирались врачебные участки; 3 шаг — на каждом участке случайно отбирали домохозяйство, из которого приглашали подходящего по возрасту и полу потенциального участника обследования. Более подробно протокол представлен ранее [<xref ref-type="bibr" rid="cit15">15</xref>].</p><p>Всего обследовано 13976 человек обоего пола в возрасте 25-64 лет.</p><p>Обследование включало:</p><p>Для каждого участника устанавливался статус курения: курит или не курит в настоящее время. Ожирение определялось как ИМТ ≥30 кг/м2 и/или ОТ ≥102 см для мужчин и ≥88 см женщин (абдоминальное ожирение). Артериальная гипертония (АГ) диагностировалась при уровне систолического АД ≥140 мм рт.ст. и/или диастолического АД ≥90 мм рт.ст., или при приеме антигипертензивных препаратов. Наличие заболевания регистрировалось при положительном ответе на вопрос "Говорил ли Вам врач, что у Вас имеются следующие заболевания?". Индивидуальные уровни ССР определялись c помощью шкалы SCORE (Systematic COronary Risk Evaluation). Значения SCORE &lt;1% определялись как низкий риск, 1-4% — умеренный, 5-9% — высокий и ≥10% — очень высокий риск [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>].</p><p>Аналогично исследованию BiomarCaRE участников разделили на три группы в соответствии с уровнем hs-сТnI в зависимости от пола. Для мужчин: &lt;6 пг/мл, 6-12 пг/мл и &gt;12 пг/мл; для женщин: &lt;4 пг/мл, 4-10 пг/мл и &gt;10 пг/мл.</p><p>В проспективное когортное наблюдение, в котором собирались КТ, включены выборки из населения указанных выше регионов, за исключением Волгоградской области и республики Северная Осетия (Алания). Сбор КТ осуществлялся один раз в два года с помощью прямого и непрямого контактов. В первую очередь устанавливали жизненный статус участника, затем причины смерти и новые случаи ССЗ. Данные по смертности получены из регионального регистра с закодированными причинами смерти по международной классификации болезней (МКБ-10). Заболеваемость проверялась и уточнялась по историям болезни и в Фонде обязательного медицинского страхования. Кроме того, регистрировали первое нефатальное заболевание: ИМ и/или ОНМК.</p><p>Исследование ассоциаций уровня hs-cTnI со SCORE и КТ было проведено в популяции ≥35 лет без ССЗ в анамнезе и включало 10417 человек. Медиана периода наблюдения для всей выборки составила 5,2 [ 3,8; 6,2] лет. Для исследования ЭССЕ-РФ1 — 6,2 [ 5,4; 6,7] лет, для исследования ЭССЕ-РФ2 — 3,8 [ 3,7; 3,9] лет.</p><p>За время наблюдения получено 222 жестких КТ (смерть от ССЗ или нефатальный ИМ), что составило 2,14% выборки. Также выявлено 325 комбинированных КТ (смерть от ССЗ или нефатальный ИМ или нефатальное ОНМК) — 3,13% выборки.</p><p>В выборке без ССЗ в анамнезе (лица, ранее перенесшие ИМ и/или ОНМК) выявлено 178 жестких КТ и 261 комбинированная КТ.</p><p>Статистический анализ. Статистический анализ проведен в среде R 4.1. Непрерывные параметры представлены средним и стандартным отклонением (M±SD) или медианой и интерквартильным размахом [Me (Q25; Q75)]. Качественные показатели описаны относительными частотами в процентах. Оценка различий между двумя независимыми выборками для непрерывных параметров проведена с использованием критерия Манна-Уитни, для дискретных — точного двустороннего критерия Фишера. Зависимость логарифма уровня hs-cTnI от возраста оценивалась при помощи линейной регрессии. Ассоциации между уровнем hs-cTnI и бинарными ФР оценивали при помощи квантильной регрессии [<xref ref-type="bibr" rid="cit16">16</xref>], между уровнем hs-cTnI и КТ — при помощи модели пропорциональных рисков Кокса. Оценка реклассификации шкалы SCORE при помощи уровня hs-cTnI проведена с использованием таблиц реклассификации и NRI (net reclassification improvement index) [<xref ref-type="bibr" rid="cit17">17</xref>]. Уровень статистической значимости при проверке каждой из гипотез принят равным 0,05.</p><p>Проспективная часть исследования выполнена в рамках государственного задания на 2020-2022гг № АААА- А20-120013090086-0 к ФГБУ "Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины" Минздрава России, Москва "Факторы риска ХНИЗ, их значение для прогноза здоровья населения различных возрастных групп в некоторых регионах РФ. Оценка влияния на заболеваемость и смертность (популяционное исследование)". Исследование было выполнено при финансовой поддержке компании ЭББОТ (Abbot Diagnostics), США.</p></sec><sec><title>Результаты</title><p>В таблице 1 представлены данные по распределению уровня hs-cTnI в половозрастных подгруппах. Обращает на себя внимание более высокий уровень hs-cTnI в выборке мужчин по сравнению с женщинами в каждой возрастной группе (p&lt;0,001). Рисунок 1 демонстрирует увеличение медианы hs-cTnI в зависимости от возраста как у мужчин, так и у женщин.</p><p>У мужчин средний уровень hs-cTnI нарастает со скоростью 2,5% в год, у женщин — со скоростью 3,5% в год. По данным пилотного исследования в Вологодской выборке ЭССЕ-РФ эти показатели составляли: 2,6% в год у мужчин и 5,9% в год у женщин, (p&lt;0,001 для обоих полов) [<xref ref-type="bibr" rid="cit13">13</xref>].</p><p>Анализ ассоциаций уровня hs-cTnI с ФР ССЗ проводился с использованием трех моделей: 1) однофакторный анализ с поправкой на регион, 2) однофакторный анализ с поправкой на пол, возраст и регион (таблица 2) и 3) многофакторный анализ. Следует отметить, что при коррекции по полу, возрасту и региону практически все факторы, включенные в анализ, достоверно ассоциированы с изменением медианы hs-cTnI, однако в многофакторной модели большинство этих связей исчезает и остаются статистические ассоциации с АГ, ожирением, сахарным диабетом, уровнями общего ХС и С-реактивного белка, а также ОНМК и СКФ.</p><p>У участников со значением SCORE &gt;5% (группа высокого риска) медиана hs-cTnI выше на 1,5 (1,37-1,63; p&lt;0,001). С учетом поправки на пол и возраст эти цифры уменьшаются до 0,6 (0,43-0,77; р=0,000).</p><p>Как уже упоминалось, исследование КТ проведено в популяции ≥35 лет. В таблице 3 приведены результаты анализа ассоциации КТ и уровня hs-cTnI. В частности, превышение уровня 12 пг/мл у мужчин и 10 пг/мл у женщин ассоциировано с увеличением риска наступления жесткой КТ в 3,39 (1,91-6,03) раза и риска наступления комбинированной КТ в 2,69 (1,6-4,52) раза.</p><p>Полученные результаты позволили провести реклассификацию групп риска сравнительно со шкалой риска SCORE с последующей оценкой индекса реклассификации NRI для категориальных переменных [<xref ref-type="bibr" rid="cit18">18</xref>]. Выборка была разделена по категориям SCORE предварительно без добавления уровня hs-cTnI: зеленый цвет — низкий риск, желтый — умеренный и красный — высокий и очень высокий (рисунок 2).</p><p>Согласно SCORE, 4066 человек составили группу умеренного риска. Из них, после добавления в число показателей уровня hs-cTnI, 3306 (81%) человек имели hs-cTnI ≤6/4 пг/мл (мужчины/женщины), и потому были перемещены в группу низкого риска. В то же время 201 (5%) участник имел уровни hs-cTnI &gt;12/10 пг/мл (мужчины/женщины), и потому перешли в группу высокого риска. Оказалось, что частота жесткой КТ в группе умеренного риска по SCORE составила 1,7%. В то же время, в подгруппе низкого риска по hs-cTnI она составила 1,4%, а в подгруппе высокого риска — 7%. Подобная реклассификация значима: для жесткой КТ NRI =13%, для комбинированной NRI =11% (p&lt;0,001 для обеих КТ).</p><p>Анализ по полу показал, что в группе мужчин реклассификация значима для жесткой и комбинированной КТ, NRI =19 и 20%, соответственно (p&lt;0,001 для обеих КТ); в группе женщин — NRI =11 (p&lt;0,05) и 3% (p&gt;0,05), соответственно.</p><table-wrap id="table-1"><caption><p>Таблица 1</p><p>Половозрастной анализ уровня hs-cTnI в выборке населения ЭССЕ РФ-1 и ЭССЕ РФ-2</p></caption><table><tbody><tr><td> </td><td>Оба пола</td><td>Мужчины</td><td>Женщины</td></tr><tr><td>Возраст, годы</td><td>N</td><td>Me [ Q25; Q75]</td><td>Q95</td><td>Q99</td><td>N</td><td>Me [Q25; Q75]</td><td>Q95</td><td>Q99</td><td>N</td><td>Me [Q25; Q75]</td><td>Q95</td><td>Q99</td></tr><tr><td>25-34</td><td>3261</td><td>1,30 [ 0,80; 2,20]</td><td>6,6</td><td>19,84</td><td>1582</td><td>1,60 [ 1,10; 2,50]</td><td>7,29</td><td>18,79</td><td>1679</td><td>1,10 [ 0,50; 1,80]</td><td>6,01</td><td>20,38</td></tr><tr><td>35-44</td><td>3166</td><td>1,70 [ 1,00; 2,70]</td><td>7,6</td><td>21,03</td><td>1454</td><td>2,10 [ 1,40; 3,30]</td><td>9</td><td>29,46</td><td>1712</td><td>1,40 [ 0,80; 2,20]</td><td>6,5</td><td>16,43</td></tr><tr><td>45-54</td><td>3711</td><td>2,20 [ 1,40; 3,30]</td><td>9,25</td><td>29,53</td><td>1479</td><td>2,50 [ 1,70; 4,00]</td><td>11,9</td><td>47,7</td><td>2232</td><td>2,00 [ 1,20; 3,00]</td><td>7,64</td><td>24,07</td></tr><tr><td>55-64</td><td>3838</td><td>2,90 [ 1,90; 4,50]</td><td>13</td><td>41,46</td><td>1441</td><td>3,40 [ 2,20; 5,50]</td><td>15,8</td><td>56,94</td><td>2397</td><td>2,70 [ 1,80; 4,00]</td><td>10,22</td><td>30,52</td></tr><tr><td>25-64</td><td>13976</td><td>2,00 [ 1,20; 3,30]</td><td>9,3</td><td>30,05</td><td>5956</td><td>2,30 [ 1,40; 3,80]</td><td>11,53</td><td>39,08</td><td>8020</td><td>1,80 [ 1,00; 3,00]</td><td>8,2</td><td>23,89</td></tr></tbody></table></table-wrap><table-wrap id="table-2"><caption><p>Таблица 2</p><p>Ассоциация уровня hs-cTnI с ФР ССЗ с поправкой на пол, возраст и регион</p><p>Примечание: # — оценка получена методом квантильной регрессии с поправкой на пол, возраст и регион; ** — p&lt;0,001. ДИ — доверительный интервал, СД — сахарный диабет, СРБ — С-реактивный белок, ТГ — триглицериды, ХС — холестерин, ХС ЛВП — ХС липопротеинов высокой плотности.</p></caption><table><tbody><tr><td>ФР</td><td>На сколько пг/мл повышается медиана hs-cTnI в группе риска#</td><td>95% ДИ</td></tr><tr><td>Курит сейчас</td><td>-0,05</td><td>(-0,11–0,01)</td></tr><tr><td>АГ</td><td>0,42</td><td>(0,36–0,48)**</td></tr><tr><td>ОТ ≥102/88 см</td><td>0,42</td><td>(0,36–0,48)**</td></tr><tr><td>ИМТ ≥30 кг/м2</td><td>0,43</td><td>(0,37–0,49)**</td></tr><tr><td>СД/глюкоза ≥6,1 ммоль/л</td><td>0,48</td><td>(0,37–0,59)**</td></tr><tr><td>Общий ХС ≥٥ ммоль/л</td><td>0,22</td><td>(0,17–0,27)**</td></tr><tr><td>ХС ЛВП ≤1/1,2 ммоль/л</td><td>0,20</td><td>(0,13–0,27)**</td></tr><tr><td>ТГ ≥1,7 ммоль/л</td><td>0,32</td><td>(0,26–0,38)**</td></tr><tr><td>ИМ в анамнезе</td><td>0,38</td><td>(0,30–0,46)**</td></tr><tr><td>ОНМК в анамнезе</td><td>1,29</td><td>(1,05–1,54)**</td></tr><tr><td>СКФ &lt;60 мл/мин/1,73 м2</td><td>1,69</td><td>(1,12–2,27)**</td></tr><tr><td>СРБ ≥3 мг/л</td><td>0,39</td><td>(0,33–0,46)**</td></tr></tbody></table></table-wrap><fig id="fig-1"><caption><p>Рис. 1 Уровень hs-cTnI в обследованной выборке населения ЭССЕ РФ-1 и ЭССЕ РФ-2 в зависимости от пола и возраста.</p><p>Примечание: hs-cTnI — high-sensitivity cardiac Troponin I (сердечный тропонин I, определенный высокочувствительным методом).</p></caption><graphic xlink:href="cardiovascular-22-5-g001.png"><uri content-type="original_file">https://cdn.elpub.ru/assets/journals/cardiovascular/2023/5/QDT3FzI3hRq6lGXjtH4jdqyrz2qGlBbrSIAOJil0.png</uri></graphic></fig><table-wrap id="table-3"><caption><p>Таблица 3</p><p>Модель Кокса для BiomarCaRE точек (0-4-10 пг/мл для женщин и 0-6-12 пг/мл для мужчин)</p><p>Примечание: * — список ковариат: регион, пол, возраст, курение сейчас, АГ, ОТ ≥102/88 см, ИМТ ≥30 кг/м2, сахарный диабет/глюкоза ≥6,1 ммоль/л, общий ХС ≥5 ммоль/л, ХС липопротеинов высокой плотности ≤1/1,2 ммоль/л, триглицериды ≥1,7 ммоль/л, СКФ &lt;60 мл/мин/1,73 м2, С-реактивный белок ≥3 мг/л; КТ — конечная точка, ФР — факторы риска, hs-cTnI — high-sensitivity cardiac Troponin I (сердечный тропонин I, определенный высокочувствительным методом), RR — относительный риск.</p></caption><table><tbody><tr><td> </td><td>Жесткая КТ</td></tr><tr><td>Уровниhs-cTnI (пг/мл)</td><td>RR с поправкой на регион</td><td>р</td><td>RR с поправкой на регион, пол, возраст</td><td>р</td><td>RR с поправкой на все ФР*</td><td>р</td></tr><tr><td>&lt;6/4</td><td>Референс</td><td> </td><td>Референс</td><td> </td><td>Референс</td><td> </td></tr><tr><td>от 6/4 до 12/10</td><td>2,03 (1,35-3,06)</td><td>0,001</td><td>1,64 (1,08-2,47)</td><td>0,020</td><td>1,4 (0,78-2,51)</td><td>0,256</td></tr><tr><td>&gt;12/10</td><td>5,65 (3,72-8,57)</td><td>0,000</td><td>4,01 (2,64-6,09)</td><td>0,000</td><td>3,39 (1,91-6,03)</td><td>0,000</td></tr><tr><td> </td><td>Комбинированная КТ</td></tr><tr><td>&lt;6/4</td><td>Референс</td><td> </td><td>Референс</td><td> </td><td>Референс</td><td> </td></tr><tr><td>от 6/4 до 12/10</td><td>2,02 (1,45-2,81)</td><td>0,000</td><td>1,64 (1,17-2,3)</td><td>0,004</td><td>1,51 (0,96-2,38)</td><td>0,078</td></tr><tr><td>&gt;12/10</td><td>4,28 (2,93-6,26)</td><td>0,000</td><td>3,16 (2,16-4,62)</td><td>0,000</td><td>2,69 (1,6-4,52)</td><td>0,000</td></tr></tbody></table></table-wrap><fig id="fig-2"><caption><p>Рис. 2 Реклассификация ССР по SCORE, выполненная с добавлением hs-cTnI в выборке населения ЭССЕ РФ-1 и ЭССЕ РФ-2 на основе схемы, предложенной BiomarCaRE consorcium [11].</p><p>Примечание: * — NRI (net reclassification improvement index) — индекс улучшения реклассификации. ИМ — инфаркт миокарда, ССЗ — сердечно-сосудистые заболевания, hs-cTnI — high-sensitivity cardiac Troponin I (сердечный тропонин I, определенный высокочувствительным методом), NRI — net reclassification improvement index (индекс реклассификации риска). Цветное изображение доступно в электронной версии журнала.</p></caption><graphic xlink:href="cardiovascular-22-5-g002.png"><uri content-type="original_file">https://cdn.elpub.ru/assets/journals/cardiovascular/2023/5/MDPcIje8UzaqsjK5J4R6o3HqrKJa4zQneC4RLPnj.png</uri></graphic></fig></sec><sec><title>Обсуждение</title><p>Настоящее исследование является первым в РФ анализом возможности прогнозировать ССР на популяционном уровне на основании количественного определения hs-сТnI. Результаты пилотного исследования, которые вошли в настоящий анализ, не противоречат полученным данным.</p><p>Полученные ранее результаты классификации пациентов с различным риском по уровню hs-cTnI, выполненного с учетом европейских критериев, при сравнении со стандартной шкалой риска SCORE показали, что точность определения риска по SCORE в нашей популяции недостаточна и часть выборки должна быть реклассифицирована. У мужчин по мере нарастания уровня hs-cTnI подтверждена достоверно более высокая вероятность развития как жесткой, так и комбинированной КТ в группах умеренного, высокого и очень высокого риска, формируемых на основании шкалы SCORE. У женщин такой ассоциации выявлено не было для комбинированного исхода; это, в частности, может быть обусловлено все еще относительно малым сроком наблюдения и, соответственно, недостаточным количеством КТ, что неудивительно для женщин данного возраста. Это послужило основанием включить в анализ ассоциаций с КТ всю выборку без учета пола.</p><p>Полученные нами результаты согласуются с основными результатами исследования ARIC (Atherosclerosis Risk In Communities), в котором &gt;8 тыс. пациентов в возрасте 54-74 лет без клинических признаков ССЗ наблюдались в течение 15 лет. Повышенный уровень hs-сТnI (≥3,8 пг/мл, 5 квинтиль) ассоциировался с более высокой частотой развития ишемической болезни сердца, ишемического инсульта, ССЗ, связанных с атеросклерозом, по сравнению с лицами, имеющими низкий уровень hs-сТnI ≤1,3 пг/мл (1 квинтиль). Примечательно, что уровень 5 квинтиля в исследовании ARIC (3,7 пг/мл) был существенно ниже европейского (5,9 пг/мл) [<xref ref-type="bibr" rid="cit8">8</xref>].</p><p>В настоящем исследовании нам удалось сравнить прогностическое значение hs-cTnI у мужчин и женщин, хотя число исходов преобладает в мужской когорте и ассоциации с КТ среди женщин выражены несколько слабее и менее достоверно, чем у мужчин. В то же время, в исследовании ARIC для случаев ишемической болезни сердца повышенные показатели hs-cTnI ассоциировались с несколько бóльшим риском нежелательных явлений у женщин, чем у мужчин. Аналогичные данные получены в популяционном исследовании здоровья HUNT (The Nord-Trøndelag Health Study). Однако в исследовании, проведенном в Рейкьявике [<xref ref-type="bibr" rid="cit18">18</xref>], и проспективном исследовании пожилых жителей Упсалы PIVUS (Prospective Investigation of the Vasculature in Uppsala Seniors) [<xref ref-type="bibr" rid="cit19">19</xref>] различий в ассоциациях между полами выявлено не было.</p><p>Следует помнить, что наша выборка относительно молодая и находится в трудоспособном возрасте в отличие от многих популяций, например, исследования ARIC.</p><p>В настоящей работе показано, что повышенная концентрация hs-сTnI статистически значимо ассоциируется с более высокой частотой любых сердечно-сосудистых событий в выборке населения 35-64 лет без ИМ и ОНМК в анамнезе, а добавление уровня hs-cTnI к модели риска SCORE достоверно повышает точность определения ССР. После добавления к модели риска уровня hs-cTnI, 201 человек перешел в группу высокого риска (7%). Таким образом, приведенная реклассификация может свидетельствовать, как о недостаточной точности SCORE, так и о высоком популяционном риске.</p><p>Найденные значимые ассоциации между уровнем hs-сTnI и исходами могут служить доказательством целесообразности определения уровня этого биомаркера для оценки ССР российского населения.</p></sec><sec><title>Заключение</title><p>Анализ результатов индивидуальных данных выборки 35-64 лет (без ИМ и ОНМК в анамнезе) из российских регионов показал, что повышенный уровень hscTnI является независимым предиктором возникновения любых сердечно-сосудистых событий, а добавление его в шкалу SCORE улучшает прогнозирование рисков этих событий, особенно у мужчин. Полученные в исследовании данные позволяют надеяться, что определение уровня hs-cTnI будет играть значительную роль в оценке ССР, а также будет использовано для улучшения прогноза развития ССЗ в российской популяции.</p><p>Благодарности. Авторы благодарят сотрудников отдела эпидемиологии хронических неинфекционных заболеваний, сотрудников лаборатории "Банк биологического материала" и Клинико-диагностической лаборатории. Большая благодарность участникам исследования ЭССЕ-РФ1 и ЭССЕ-РФ2.</p><p>Отношения и деятельность: все авторы заявляют об отсутствии потенциального конфликта интересов, требующего раскрытия в данной статье.</p></sec></body><back><ref-list><title>References</title><ref id="cit1"><label>1</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Wilson PW, D’Agostino R, Levy D. Prediction of coronary heart disease using risk factor categories. Circulation. 1998;97(18):1837-47. doi:10.1161/01.cir.97.18.1837.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Wilson PW, D’Agostino R, Levy D. Prediction of coronary heart disease using risk factor categories. Circulation. 1998;97(18):1837-47. doi:10.1161/01.cir.97.18.1837.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit2"><label>2</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Conroy RM, Pyorala K, Fitzgerald AP, et al. Estimation of ten-year risk of fatal cardiovascular disease in Europe: the SCORE project. Eur Heart J. 2003;24:987-1003. doi:10.1016/s0195-668x(03)00114-3.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Conroy RM, Pyorala K, Fitzgerald AP, et al. Estimation of ten-year risk of fatal cardiovascular disease in Europe: the SCORE project. Eur Heart J. 2003;24:987-1003. doi:10.1016/s0195-668x(03)00114-3.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit3"><label>3</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Hippisley-Cox C, Coupland Y, Vinogradova Y. Predicting cardiovascular risk in England and Wales: prospective derivation and validation of QRISK2. BMJ. 2008;336(7659):1475-82. doi:10.1136/bmj.39609.449676.25.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Hippisley-Cox C, Coupland Y, Vinogradova Y. Predicting cardiovascular risk in England and Wales: prospective derivation and validation of QRISK2. BMJ. 2008;336(7659):1475-82. doi:10.1136/bmj.39609.449676.25.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit4"><label>4</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Sachdeva A, Cannon CP, Deedwania PC, et al. Lipid levels in patients hospitalized with coronary artery disease: an analysis of 136,905 hospitalizations in Get with The Guidelines. Am Heart J. 2009;157(1):111-7.e2. doi:10.1016/j.ahj.2008.08.010.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Sachdeva A, Cannon CP, Deedwania PC, et al. Lipid levels in patients hospitalized with coronary artery disease: an analysis of 136,905 hospitalizations in Get with The Guidelines. Am Heart J. 2009;157(1):111-7.e2. doi:10.1016/j.ahj.2008.08.010.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit5"><label>5</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Gerszten RE, Wang TJ. The search for new cardiovascular biomarkers. Nature. 2008;451:949-52. doi:10.1038/nature06802.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Gerszten RE, Wang TJ. The search for new cardiovascular biomarkers. Nature. 2008;451:949-52. doi:10.1038/nature06802.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit6"><label>6</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Apple FS, Ler R, Murakami MM. Determination of 19 cardiac troponin I and T assay 99th percentile values from a common presumably healthy population. Clin Chem. 2012;58:1574-81. doi:10.1373/clinchem.2012.192716.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Apple FS, Ler R, Murakami MM. Determination of 19 cardiac troponin I and T assay 99th percentile values from a common presumably healthy population. Clin Chem. 2012;58:1574-81. doi:10.1373/clinchem.2012.192716.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit7"><label>7</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Collinson PO, Saenger AK, Apple FS; on behalf of the IFCC C-CB. High sensitivity, contemporary, and point-of-care cardiac troponin assays: educational aids from the IFCC Committee in Cardiac Biomarkers (IFCC C-CB). Clin Chem Lab Med. 2019;57:623-32. doi:10.1515/cclm-2018-1211.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Collinson PO, Saenger AK, Apple FS; on behalf of the IFCC C-CB. High sensitivity, contemporary, and point-of-care cardiac troponin assays: educational aids from the IFCC Committee in Cardiac Biomarkers (IFCC C-CB). Clin Chem Lab Med. 2019;57:623-32. doi:10.1515/cclm-2018-1211.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit8"><label>8</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Jia X, Sun W, Hoogeveen RC, et al. High-Sensitivity Troponin I and Incident Coronary Events, Stroke, Heart Failure Hospitalization, and Mortality in the ARIC Study. Circulation. 2019;139(23):2642-53. doi:10.1161/CIRCULATIONAHA.118.038772.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Jia X, Sun W, Hoogeveen RC, et al. High-Sensitivity Troponin I and Incident Coronary Events, Stroke, Heart Failure Hospitalization, and Mortality in the ARIC Study. Circulation. 2019;139(23):2642-53. doi:10.1161/CIRCULATIONAHA.118.038772.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit9"><label>9</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Omland T, de Lemos JA, Holmen OL, et al. Impact of sex on the prognostic value of high-sensitivity cardiac troponin I in the general population: the HUNT study. Clin Chem. 2015;61:646-56. doi:10.1373/clinchem.2014.234369.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Omland T, de Lemos JA, Holmen OL, et al. Impact of sex on the prognostic value of high-sensitivity cardiac troponin I in the general population: the HUNT study. Clin Chem. 2015;61:646-56. doi:10.1373/clinchem.2014.234369.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit10"><label>10</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Lyngbakken MN, Rosjo H, Holmen OL, et al. Gender, high-sensitivity troponin I, and the risk of cardiovascular events (from the Nord-Trondelag Health Study). Am J Cardiol. 2016;118:816-21. doi:10.1016/j.amjcard.2016.06.043.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Lyngbakken MN, Rosjo H, Holmen OL, et al. Gender, high-sensitivity troponin I, and the risk of cardiovascular events (from the Nord-Trondelag Health Study). Am J Cardiol. 2016;118:816-21. doi:10.1016/j.amjcard.2016.06.043.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit11"><label>11</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Blankenberg S, Salomaa V, Makarova N, et al. Troponin I and cardiovascular risk prediction in the general population: The BiomarCaRE consortium. Eur Heart J. 2016;37:2428-37. doi:10.1093/eurheartj/ehw172.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Blankenberg S, Salomaa V, Makarova N, et al. Troponin I and cardiovascular risk prediction in the general population: The BiomarCaRE consortium. Eur Heart J. 2016;37:2428-37. doi:10.1093/eurheartj/ehw172.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit12"><label>12</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Farmakis D, Mueller C, Apple FS, et al. High-sensitivity cardiac troponin assays for cardiovascular risk stratification in the gene­ral population. Eur Heart J. 2020;41(41):4050-6. doi:10.1093/eurheartj/ehaa083.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Farmakis D, Mueller C, Apple FS, et al. High-sensitivity cardiac troponin assays for cardiovascular risk stratification in the gene­ral population. Eur Heart J. 2020;41(41):4050-6. doi:10.1093/eurheartj/ehaa083.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit13"><label>13</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Шальнова С. А., Драпкина О. М., Концевая А. В. и др. Пилотный проект по изучению тропонина I в представительной выборке одного из регионов-участников исследования ЭССЕ-РФ: распределение в популяции и ассоциации с факторами риска. Кардиоваскулярная терапия и профилактика. 2021;20(4):2940. doi:10.15829/1728-8800-2021-2940.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Shalnova SA, Drapkina OM, Kontsevaya AV, et al. A pilot project to study troponin I in a representative sample of the region from the ESSE-RF study: distribution among population and associations with risk factors. Cardiovascular Therapy and Prevention 2021;20(4):2940. (In Russ.) doi:10.15829/1728-8800-2021-2940.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit14"><label>14</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Шальнова С. А., Драпкина О. М., Концевая А. В. и др. Пилотный проект по изучению ассоциации тропонина I с сердечно-сосудистыми осложнениями в популяции российского региона. Кардиоваскулярная терапия и профилактика. 2021;20(5):2980. doi:10.15829/1728-8800-2021-2980.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Shalnova SA, Drapkina OM, Kontsevaya AV, et al. A pilot project to study the association of troponin I with cardiovascular complications in the population of the Russian region. Cardiovascular Therapy and Prevention 2021;20(5):2980. (In Russ.) doi:10.15829/1728-8800-2021-2980.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit15"><label>15</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Научно-организационный комитет проекта ЭССЕ-РФ Эпидемиология сердечно-сосудис­тых заболеваний в различных регионах России (ЭССЕ-РФ). Обоснование и дизайн исследования. Профилактическая медицина 2013;6:25-34.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Scientific Organizing Committee of the ESSE-RF. Epidemiolny of cardiovascular diseases in different regions of Russia (ESSE-RF). The rationale for and design of the study. Preventive Medicine 2013;6:25-34. (In Russ.)</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit16"><label>16</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Koenker R, Chernozhukov V, He X, Peng L. (Eds.). Handbook of Quantile Regression (1st ed.). Chapman and Hall/CRC. 2017. P. 483. ISBN 9781315120256. doi:10.1201/9781315120256.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Koenker R, Chernozhukov V, He X, Peng L. (Eds.). Handbook of Quantile Regression (1st ed.). Chapman and Hall/CRC. 2017. P. 483. ISBN 9781315120256. doi:10.1201/9781315120256.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit17"><label>17</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Leening MJG, Vedder MM, Witteman JCM, et al. Net reclas­sification improvement: computation, interpretation, and cont­roversies: a literature review and clinician’s guide. Annals of internal medicine. 2014;160(2):122-31. doi:10.7326/M13-1522.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Leening MJG, Vedder MM, Witteman JCM, et al. Net reclas­sification improvement: computation, interpretation, and cont­roversies: a literature review and clinician’s guide. Annals of internal medicine. 2014;160(2):122-31. doi:10.7326/M13-1522.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit18"><label>18</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Thorsteinsdottir I, Aspelund T, Gudmundsson E, et al. High-sensitivity cardiac troponin I is a strong predictor of car­diovascular events and mortality in the AGES-Reykjavik com­munity-based cohort of older individuals. Clin Chem. 2016;62:623-30. doi:10.1373/clinchem.2015.250811.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Thorsteinsdottir I, Aspelund T, Gudmundsson E, et al. High-sensitivity cardiac troponin I is a strong predictor of car­diovascular events and mortality in the AGES-Reykjavik com­munity-based cohort of older individuals. Clin Chem. 2016;62:623-30. doi:10.1373/clinchem.2015.250811.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit19"><label>19</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Eggers KM, Johnston N, Lind L, et al. Cardiac troponin I levels in an elderly population from the community — the implications of sex. Clin Biochem. 2015;48:751-6. doi:10.1016/j.clinbiochem.2015.04.013.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Eggers KM, Johnston N, Lind L, et al. Cardiac troponin I levels in an elderly population from the community — the implications of sex. Clin Biochem. 2015;48:751-6. doi:10.1016/j.clinbiochem.2015.04.013.</mixed-citation></citation-alternatives></ref></ref-list><fn-group><fn fn-type="conflict"><p>The authors declare that there are no conflicts of interest present.</p></fn></fn-group></back></article>
