Академик Барбараш Л. С. (1941-2023 гг.): к 85-летию со дня рождения. У истоков сибирской школы кардиологии и сердечно-сосудистой хирургии

Введение

22 июня 2026 г. исполняется 85 лет со дня рождения Леонида Семеновича Барбараша — фигуры знаковой для российской медицины, человека, чье имя неразрывно связано со становлением и развитием кардиохирургической службы не только в Кузбассе, но и в России в целом. Его жизненный путь — это пример служения науке и практическому здравоохранению, где фундаментальные исследования органично переплетались с повседневной заботой о пациентах. Созданная им школа вышла далеко за пределы Сибирского региона, предложив миру инновационные разработки в области биопротезирования, понимания системной природы атеросклероза, изучения роли личности в развитии ишемической болезни сердца (ИБС) и организации высокотехнологичной помощи.

Цель статьи — дать обзор биографического пути и проанализировать многогранный вклад научной школы Л.С. Барбараша в современную кардио­логию и сердечно-­сосудистую хирургию России, опираясь на анализ научных трудов и достижений возглавляемых им учреждений.

Биографический путь и становление ученого

Л.С. Барбараш родился 22 июня 1941 г. в городе Бабушкино Московской области. В 1954 г. семья переехала в Кемерово, что определило его дальнейшую судьбу, связанную с Сибирью. В 1964 г. он окончил лечебный факультет Кемеровского государственного медицинского института и начал трудовую деятельность в качестве хирурга Центральной районной больницы.

Фундамент его профессионального становления был заложен в клинической ординатуре на кафедре факультетской хирургии Кемеровского государственного медицинского института и в аспирантуре кафедры сердечно-­сосудистой хирургии Центрального ордена Ленина института усовершенствования врачей (ЦОЛИУВ) в Москве, которую он окончил в 1972 г. Именно в московский период под влиянием академика В.И. Бураковского и профессора Г.И. Цукермана сформировался его интерес к проблеме биопротезирования клапанов сердца. В 1973 г. он защитил кандидатскую диссертацию на тему "Трансплантация аортальных ксеноклапанов сердца", а в 1985 г. — докторскую диссертацию "Экспериментально-клиническое обоснование применения новых моделей ксенобиопротезов в хирургическом лечении митрального порока сердца".

С 1978 г. под руководством Л.С. Барбараша в Ке­ме­рово начались системные работы по созданию новых моделей биопротезов. Результатом этой деятельности стало открытие в 1987 г. первого в России предприятия по производству биопротезов клапанов сердца и сосудов. В 1990 г. по его инициативе был создан Кемеровский кардиологический диспансер, который он возглавлял на протяжении многих лет. В 2000 г. он стал инициатором создания и первым заведующим уникальной для страны кафедры кардиологии и сердечно-­сосудистой хирургии в Кемеровской государственной медицинской академии, объединившей терапевтическую и хирургическую подготовку студентов.

Вершиной научно-­организационной деятельности Л.С. Барбараша стало создание в 2008 г. на базе научно-­производственной лаборатории Фе­де­рального государственного бюджетного научного учреждения "Научно-­исследовательский институт комплексных проблем сердечно-­сосудистых заболеваний" (НИИ КПССЗ).

Регалии и признание

Научные и организаторские заслуги Л.С. Бар­ба­раша получили широкое признание. В 1988 г. он утвержден в звании профессора, в 1999 г. избран членом-корреспондентом, а в 2005 г. — действительным членом (академиком) РАМН (с 2014 г. — академик РАН). Он был Заслуженным врачом Рос­сий­ской Федерации (1996), лауреатом Премии Пра­вительства Российской Федерации в области науки и техники (2001), лауреатом Премии им. А.Н. Бакулева (2003). В 1997 г. коллектив под его руководством первым в истории России был удостоен премии Уолтона Лиллехая Европейской ассоциации кардиоторакальных хирургов за разработку и внедрение новых моделей бескаркасных биопротезов и способов их консервации. Среди государственных наград — Орден Почета (2007) и Орден Пирогова (2021). Л.С. Барбараш является автором более 800 научных работ, 18 монографий и более 70 изобретений. Под его руководством защищено 15 докторских и 30 кандидатских диссертаций.

Биопротезирование

Основополагающим направлением деятельности Л.С. Барбараша на протяжении всей его жизни была разработка и совершенствование биологических протезов для сердечно-­сосудистой хирургии. Еще в начале 1970-х годов, в период обучения в аспирантуре ЦОЛИУВ в Москве под руководством профессора Г.И. Цукермана, он осознал огромный потенциал использования биологических материалов для замены пораженных клапанов сердца. В то время в мире доминировали механические протезы, требующие пожизненного приема антикоагулянтов, что создавало множество проблем для пациентов. Альтернатива — биопротезы из тканей животных — сталкивалась с проблемами быстрой дегенерации и кальцификации.

Л.С. Барбараш поставил перед собой амбициозную цель: создать отечественный биопротез, который был бы доступен широкому кругу пациентов и лишен основных недостатков зарубежных аналогов. Вернувшись в Кемерово, он организовал экспериментальную лабораторию, где начались системные исследования. Уже в 1978 г. были получены первые экспериментальные образцы, а в 1987 г. произошло событие, не имевшее аналогов в СССР: открытие первого в стране специализированного предприятия по производству биопротезов клапанов сердца и сосудов. Это стало началом формирования уникальной научно-­производственной школы, где фундаментальные исследования немедленно внедрялись в клиническую практику.

Технологические инновации: от глутаральдегида к этиленгликольдиглицидиловому эфиру

Ключевой проблемой биопротезирования является способ консервации (фиксации) биологической ткани, который определяет ее долговечность и устойчивость к кальцификации. Традиционно во всем мире использовался глутаральдегид. Однако Л.С. Бар­ба­раш и его ученики (в частности, профессор И.Ю. Жу­равлева) предложили и научно обосновали использование альтернативного агента — этилен­гликольдиглицидилового эфира (ЭГДЭ) [1][2].

Многолетние сравнительные исследования показали, что фиксация ЭГДЭ позволяет:

• Снизить количество свободных альдегидных групп, ответственных за цитотоксичность;
• Уменьшить скорость образования кальцинатов в толще ткани;
• Улучшить биомеханические свой­ства протеза, делая его более эластичным и устойчивым к циклическим нагрузкам [1][3].

Эти разработки стали основой для создания целой линейки отечественных биопротезов, которые успешно использовались в клиниках Москвы, Санкт-­Петербурга, Новосибирска и других городов. В монографии "Биопротезы клапанов сердца. Проблемы и перспективы" (1995) и последующих работах был обобщен огромный экспериментальный и клинический материал, заложивший фундамент российской школы биопротезирования [1][2].

Сосудистые биопротезы: решение проблемы малого диаметра

Параллельно с клапанами сердца школа Л.С. Бар­ба­раша активно разрабатывала биопротезы для замены артерий, в том числе инфраингвинальной локализации (ниже паховой складки). Это одна из самых сложных областей сосудистой хирургии, где высока частота тромбозов и рестенозов из-за низкой скорости кровотока. Результаты 12-летнего кли­ни­ческого применения таких протезов, опубликованные в 2006 г., продемонстрировали их приемлемую эффективность и позволили определить показания к их использованию у пациентов с отсутствием аутовены для шунтирования [4].

Понимание механизмов дисфункции и пути их пре­одоления

Важнейшим вкладом школы стало изучение механизмов развития дисфункций биологических протезов. В работах Н.В. Рогулиной, Н.В. Рут­ков­ской, Е.А. Овчаренко и других были детально исследованы процессы кальцификации, липидной инфильтрации, разрыва створок и инфекционного поражения [5]. Было показано, что помимо свой­ств самого материала, огромную роль играют метаболические нарушения у пациента (сахарный диабет, хроническая болезнь почек) и особенности гемодинамики. Это понимание привело к разработке рекомендаций по подбору типа протеза (механический или биологический) с учетом индивидуальных характеристик больного.

Переход к тканевой инженерии: от протеза к регенерации

С начала 2010-х годов под руководством Л.С. Бар­бараша и при активном участии его учеников (Л.В. Ан­тоновой, Е.А. Великановой, Ю.А. Ку­дряв­цевой и др.) начался переход к принципиально новому этапу — созданию тканеинженерных конструкций (ТИК). В отличие от традиционных протезов, которые являются инертными имплантатами, ТИК призваны стать основой для регенерации собственных тканей пациента.

Основные направления этих исследований включают:

1. Создание биодеградируемых скаффолдов. В качестве основы используются полимеры, такие как поликапролактон, которые постепенно разрушаются в организме, уступая место новообразованной ткани. Технология электроспиннинга позволяет создавать волокнистые каркасы, имитирующие структуру внеклеточного матрикса [6][7].
2. Биофункционализация поверхности. Для того чтобы клетки пациента заселяли скаффолд, его поверхность модифицируют. В школе Л.С. Бар­ба­ра­ша разработаны методы конъюгации с RGD-пептидами (способствуют адгезии клеток), включения факторов роста (VEGF — стимулирует рост сосудов), а также нанесения тончайших покрытий из титана методом магнетронного напыления для улучшения механических свой­ств и биосовместимости [6-9].
3. Применение наноматериалов. Одним из наиболее перспективных направлений стало использование функционализированного оксида графена для создания нанокомпозитных материалов. В совместных исследованиях с международными коллегами (A. Seifalian) было показано, что такие материалы обладают уникальными механическими характеристиками и способностью модулировать клеточный ответ [10].
4. Исследования in vivo. Разработанные графты проходят доклинические испытания на крупных лабораторных животных. Результаты показывают, что оптимизированные ТИК способны полностью ремоделироваться в сосудистую стенку, сохраняя проходимость и не вызывая выраженной воспалительной реакции [8][11].

Итоги и значение для российской хирургии

Благодаря работам Л.С. Барбараша и его школы, Россия не только сохранила, но и развила собственное направление в биопротезировании. Сегодня НИИ КПССЗ в Кемерово является одним из ведущих центров в стране по разработке материалов нового поколения для сердечно-сосудис­той хирургии. Эволюция, пройденная от простых ксенопротезов до сложных нанокомпозитных конструкций, наглядно демонстрирует научную глубину и стратегическое видение академика, заложившего основы для развития регенеративной медицины в России [5][10][11].

В таблице 1 представлена систематизированная периодизация развития биопротезов в научной школе академика Л.С. Барбараша, охватывающая более четырех десятилетий (с 1980-х годов по настоящее время). Выделены четыре поколения имплантатов, различающихся по материалам, методам обработки и клиническому применению. Первое поколение (I) характеризуется созданием первых отечественных каркасных и бескаркасных биопротезов клапанов сердца на основе ксеноперикарда, консервированных с использованием глутаральдегида и оригинального агента ЭГДЭ, что позволило снизить риск кальцификации. Второе поколение (II) знаменует переход к сосудистым протезам, включая их использование в сложной инфраингвинальной позиции, с накоплением 12-летнего клинического опыта. Третье поколение (III) представляет собой переход к тканевой инженерии — созданию биодеградируемых скаффолдов методом электроспиннинга с последующей биофункционализацией (RGD-пептиды, факторы роста, напыление титана). Четвертое поколение (IV) связано с внедрением наноматериалов, таких как функционализированный оксид графена, для создания гибридных конструкций с улучшенными биомеханическими свой­ствами. Таблица наглядно демонстрирует эволюцию от простых биологических имплантатов к сложным регенеративным технологиям.

Мультифокальный атеросклероз как системная проблема

Другим важнейшим направлением работы школы стало изучение мультифокального атеросклероза (МФА). Л.С. Барбараш и его коллеги одними из первых в России сформулировали концепцию, согласно которой атеросклероз — это не локальный процесс, а системное заболевание, требующее комплексного подхода к диагностике и лечению [12][13]. Исследования, проведенные в Кузбасском кардиоцентре, показали высокую распространенность МФА у пациентов с ИБС и инфарктом миокарда [13-15]. Особое внимание уделялось сочетанию поражения коронарных и брахиоцефальных артерий, а также влиянию коморбидной патологии (сахарный диабет, хроническая болезнь почек) на прогноз [16-19].

Это привело к разработке и клинической апробации различных стратегий хирургического лечения при сочетанных поражениях: поэтапных, симультанных и гибридных. Работы Р.С. Тарасова под руководством Л.С. Барбараша позволили определить оптимальные подходы к реваскуляризации у этой тяжелой категории больных, оценить госпитальные и отдаленные результаты [20-23].

Таблица 2 обобщает основные ­направления и результаты исследований научной школы Л.С. Бар­бараша, посвященных проблеме МФА. Первое направление ("Эпидемиология и прогноз МФА") посвящено изучению распространенности поражения различных сосудистых бассейнов у пациентов с ИБС. Установлено, что МФА является крайне час­тым состоянием, значительно ухудшающим прогноз, что обосновывает необходимость обязательного скринингового обследования (сонные артерии, артерии нижних конечностей) у всех больных ИБС. Второе направление ("Хирургические стратегии") фокусируется на сравнительном анализе эффективности и безопасности различных подходов к реваскуляризации при сочетанном поражении коронарных и брахиоцефальных артерий. Результаты этих работ позволили определить оптимальные показания к поэтапным, симультанным и гибридным операциям, а также выявить факторы риска неблагоприятных исходов для каждой стратегии. Третье направление ("Оценка риска и прогнозирование") связано с совершенствованием методов индивидуального прогнозирования исходов хирургического лечения у пациентов с МФА. Исследована прогностическая ценность международных шкал (EuroSCORE), а также роль коморбидной патологии (сахарный диабет, хроническая болезнь почек) и биомаркеров воспаления в развитии послеоперационных осложнений и отдаленной выживаемости.

Молекулярно-­генетические исследования и персонализация лечения

Под руководством Л.С. Барбараша в НИИ КПССЗ сформировалось мощное направление фундаментальных исследований, связанных с изу­чением генетических основ сердечно-­сосудистых заболеваний. Изучалась роль полиморфизмов генов TLR и TREM-1 в предрасположенности к ИБС, тяжести атеросклеротического поражения и риске развития инфекционного эндокардита [24-26]. Эти работы заложили основу для персонализированного прогнозирования рисков и подходов к лечению.

Кроме того, активно исследовались механизмы кальцификации как нативных клапанов, так и биопротезов, что имеет прямое значение для улучшения долговечности имплантатов [1][5]. Хро­но­био­логические аспекты кардиологии и кардиохирургии, изучавшиеся Л.С. Барбарашем совместно с О.Л. Бар­бараш и Н.А. Барбараш, стали важным вкладом в понимание роли временных факторов в развитии острых состояний и исходов операций [27].

Психосоматические аспекты ИБС

Значительный пласт научного наследия Л.С. Бар­бараша связан с изучением роли психологических факторов в развитии и течении сердечно-сосудистых заболеваний. В монографии "Личность, стресс и ИБС" (1999) и последующих работах была сформулирована концепция, согласно которой тип личности, особенности реагирования на стресс и психоэмоциональный статус являются не просто сопутствующими, а патогенетически значимыми факторами риска ИБС [28].

Под руководством Л.С. Барбараша были проведены исследования, показавшие, что определенные личностные характеристики (например, поведение типа А) ассоциированы с более тяжелым течением ИБС, худшей приверженностью лечению и неблагоприятным прогнозом после кардиохирургических вмешательств. В работах его учеников изучалась взаимосвязь тревожно-­депрессивных расстройств с развитием послеоперационных осложнений, в том числе когнитивных дисфункций после коронарного шунтирования [29]. Это направление, новаторское для своего времени, заложило основы для внедрения в практику Кузбасского кардиоцентра мультидисциплинарного подхода, включающего психологическую поддержку и реабилитацию пациентов как на дооперационном этапе, так и после хирургического лечения [28].

Развитие рентгенэндоваскулярных методов и регионарной сосудистой хирургии

Школа Л.С. Барбараша внесла существенный вклад в развитие малоинвазивных технологий лечения ИБС и сосудистой патологии. На базе Кемеровского кардиологического диспансера и НИИ КПССЗ были внедрены и получили развитие современные методы рентгенэндоваскулярной диагностики и лечения. Важным направлением стали работы по оптимизации стратегий реваскуляризации миокарда у пациентов с многососудистым поражением и инфарктом миокарда с подъемом ST.

Рандомизированные клинические исследования, проведенные под эгидой школы, сравнивали эффективность многососудистого стентирования в остром периоде инфаркта и поэтапных вмешательств с использованием стентов с лекарственным покрытием второго поколения [30]. Полученные результаты позволили уточнить показания к различным тактикам вмешательств, повысив их безопасность и отдаленную эффективность.

Кроме того, значительное внимание уделялось развитию регионарной сосудистой хирургии. В рамках популяционного исследования была проанализирована динамика числа больших ампутаций и летальности при заболеваниях артерий конечностей в период 1993-2007 гг. [31]. Эта работа, проведенная в сотрудничестве с сосудистыми хирургами региона, имела важное социально-экономическое значение, позволив оценить реальную картину оказания помощи данной категории больных и обосновать необходимость создания специализированных сосудистых центров в регионе. Изучение возможностей коронарографии для оценки риска при операциях на некоронарных бассейнах также стало важным вкладом в повышение безопасности хирургических вмешательств [32].

Таблица 3 представляет обзор ключевых фундаментальных и прикладных научных направлений, разрабатывавшихся в школе Л.С. Барбараша. В области генетики сердечно-­сосудистых заболеваний изучалась роль полиморфизмов генов врожденного иммунитета (TLR и TREM-1) в предрасположенности к атеросклерозу и инфекционному эндокардиту, что заложило основы для персонализированного прогнозирования рисков. В биоматериаловедении основное внимание уделялось механизмам кальцификации и дегенерации биопротезов, а также разработке методов модификации поверхности имплантатов (напыление титана, пептидные покрытия) для улучшения их интеграции и долговечности. Направление психосоматики и нейрокардиологии объединило исследования влияния личностных характеристик, стресса и тревожно-­депрессивных расстройств на течение ИБС и исходы кардиохирургических операций, включая развитие послеоперационной когнитивной дисфункции. В области рентгенэндоваскулярной хирургии проводились рандомизированные исследования, сравнивающие различные стратегии реваскуляризации миокарда при инфаркте, что позволило оптимизировать тактику лечения.

Организация здравоохранения: "Кемеровская модель" как прообраз современной кардиологической службы

Особого внимания в научно-­практическом наследии академика Л.С. Барбараша заслуживает его вклад в организацию здравоохранения. К началу 1990-х годов в России сложилась критическая ситуация с оказанием помощи больным сердечно-­сосудистыми заболеваниями. Высокая смертность, отсутствие преемственности между поликлиническим звеном и стационарами, недоступность высокотехнологичной помощи для жителей отдаленных территорий требовали принципиально новых управленческих решений. Л.С. Барбараш, будучи не только талантливым хирургом, но и выдающимся организатором, предложил концепцию, которая впоследствии получила название "Кемеровская модель" [33][34].

Основой модели стал принцип технологически замкнутого цикла, который предполагал интеграцию всех этапов оказания помощи: от первичной профилактики и активного скрининга до высокотехнологичного стационарного лечения и долгосрочной реабилитации. Л.С. Барбараш исходил из того, что кардиологическая служба не может существовать как набор разрозненных учреждений; она должна представлять собой единый организм, где информация о пациенте, методы лечения и маршрутизация подчинены общим стандартам и целям [35].

Структурные элементы и этапы внедрения

"Кемеровская модель" включала в себя несколько ключевых структурных уровней, каждый из которых был тщательно проработан и обеспечен кадровыми и материально-­техническими ресурсами.

Первый уровень — первичное звено и мобильные формы работы. Под руководством Л.С. Бар­ба­раша были созданы выездные консультативные поликлиники (известные как "поезда здоровья"), которые позволяли обследовать население в отдаленных районах Кузбасса. Это обеспечивало раннее выявление факторов риска и формирование регистров пациентов с артериальной гипертензией, ИБС и другими патологиями [33][36].

Второй уровень — специализированные диспансеры и межрайонные центры. В 1990 г. по инициативе Л.С. Барбараша был создан Кемеровский кардиологический диспансер, который стал ядром всей системы. Диспансер выполнял функции организационно-методического центра, координирующего работу кардиологических кабинетов и отделений во всех городах области. Позднее были созданы межрайонные сосудистые центры, обеспечивающие доступность первичной ангиографической и хирургической помощи [35].

Третий уровень — региональный сосудистый центр и НИИ. С открытием в 2008 г. НИИ КПССЗ модель обрела свое завершение. Институт стал не только клинической базой для оказания высокотехнологичной помощи (включая операции на открытом сердце, гибридные вмешательства, эндоваскулярную хирургию), но и научно-­образовательным ядром, где разрабатывались новые методы диагностики и лечения, а также проходили подготовку кад­ры для всего региона [10][14].

Принципы управления и информатизации

Важнейшим компонентом модели стало внедрение инновационных для своего времени управленческих и информационных технологий. Л.С. Бар­ба­раш совместно с профессором Г.В. Арта­мо­но­вой и коллективом разработал систему интеграции управленческих решений, основанную на постоянном мониторинге ключевых показателей: заболеваемости, смертности, частоты госпитализаций, длительности ожидания операций [34].

Была создана единая база данных, позволяющая отслеживать судьбу каждого пациента от момента первичного обращения до отдаленного послеоперационного периода. Это позволило не только улучшить преемственность, но и проводить научный анализ эффективности различных методов лечения в реальной клинической практике [16][17]. Такой подход был новаторским для российского здравоохранения конца 1990-х — начала 2000-х годов и предвосхитил создание современных федеральных регистров.

Клинико-­экономическая эффективность и научное обоснование

Эффективность "Кемеровской модели" была подтверждена как клиническими, так и экономическими показателями. Внедрение системы замкнутого цикла позволило:

1. Снизить летальность. Впервые в новейшей истории России в Кемеровской области был зафиксирован устойчивый тренд к снижению смертности от болезней системы кровообращения [14][33].
2. Улучшить доступность высоких технологий. Количество выполняемых операций на сердце и сосудах (коронарное шунтирование, стентирование, протезирование клапанов) выросло в десятки раз, приблизившись к потребностям населения.
3. Оптимизировать экономические затраты. Концентрация ресурсов и четкая маршрутизация позволили сократить необоснованные госпитализации и дублирование обследований [34].
4. Повысить качество жизни пациентов. Вне­дрение этапа реабилитации (включая психологическую поддержку, разработанную в рамках изу­чения психосоматических аспектов [28]) способствовало улучшению отдаленных результатов и возвращению пациентов к труду.

Научное обоснование эффективности модели было представлено в многочисленных публикациях и монографиях [35]. В частности, были проанализированы результаты хирургического лечения МФА в рамках единой региональной системы [37], а также динамика такого важного социального показателя, как частота больших ампутаций при заболеваниях артерий конечностей [31].

Влияние на федеральную политику и признание

Успех "Кемеровской модели" не остался незамеченным на федеральном уровне. Опыт Кузбасса был изучен и рекомендован к распространению Мин­здравом России. Принципы, заложенные Л.С. Бар­барашем, легли в основу федеральной программы создания сосудистых центров и первичных сосудистых отделений, реализуемой в России с 2008 г. Таким образом, региональная инициатива стала прообразом национальной стратегии борьбы с сердечно-сосудистыми заболеваниями.

Сама модель и ее создатель дважды удостаивались высшей медицинской премии России "При­звание" (в 2005 и 2007 гг.) в номинации "За создание нового направления в медицине". Это признание подтвердило, что организационное творчество Л.С. Барбараша стоит в одном ряду с его фун­да­ментальными научными открытиями.

Наследие и развитие модели в XXI в.

Сегодня "Кемеровская модель" продолжает развиваться под руководством учеников Л.С. Бар­ба­ра­ша, прежде всего академика РАН О.Л. Барба­раш. Современные вызовы, такие как пандемия новой коронавирусной инфекции (COVID-19), рост коморбидной патологии и внедрение телемедицины, требуют дальнейшей адаптации системы. В НИИ КПССЗ активно разрабатываются новые форматы дистанционного наблюдения за пациентами, цифровые реабилитационные программы и персонализированные подходы к лечению, основанные на генетических данных [24][25]. Однако ключевой принцип — интеграция и преемственность на всех этапах помощи — остается незыблемым наследием академика Л.С. Барбараша.

Заключение

Жизненный путь академика Л.С. Барбараша — это история о том, как талант, трудолюбие и организаторский гений могут создать научно-практическую школу мирового уровня вдали от столичных центров. Его вклад в российскую кардиологию и сердечно-­сосудистую хирургию огромен: от создания первого отечественного производства биопротезов до формирования современной научной базы, сочетающей генетику, тканевую инженерию, психосоматику и передовые хирургические технологии.

Созданный им НИИ комплексных проблем сердечно-сосудистых заболеваний и Кузбасский кардиологический диспансер, носящий его имя, являются живыми памятниками ученому. Научная школа продолжает развиваться под руководством его учеников, среди которых — академик РАН О.Л. Бар­ба­раш. Исследования в области генетики, биоматериалов, хирургической стратегии лечения МФА и психологической реабилитации, начатые Л.С. Бар­ба­ра­шем, остаются актуальными и востребованными. 85-летие со дня рождения Леонида Се­ме­но­вича Бар­ба­раша — это повод не только вспомнить о его заслугах, но и осмыслить тот мощный импульс, который он придал развитию медицинской науки и практики в России.

Отношения и деятельность: автор заявляет об от­сутствии потенциального конфликта интересов, тре­бующего раскрытия в данной статье.