Перейти к:
Гиперлипопротеидемия(а) и низкомолекулярный фенотип апобелка(а) у пациентов с атеросклеротическими сердечно-сосудистыми заболеваниями и их осложнениями
https://doi.org/10.15829/1728-8800-2026-4574
EDN: TDWGJN
Аннотация
Цель. Изучение связи липопротеина(а) [Лп(а)] и фенотипов апобелка(а) [апо(а)] с наличием атеросклероза разной локализации и сердечно-сосудистыми осложнениями в анамнезе.
Материал и методы. В одномоментное одноцентровое исследование включены 819 пациентов >18 лет с имеющимися данными инструментального обследования коронарных, сонных артерий и артерий нижних конечностей (АНК). Атеросклероз считали значимым при наличии бляшки, сужающей просвет хотя бы одной магистральной артерии более чем на 50% по диаметру по данным дуплексного сканирования сонных артерий, АНК, коронарографии. Пациенты были разделены на 4 группы в зависимости от уровня Лп(а) и фенотипа апо(а): группа 1 — Лп(а) <30 мг/дл и высокомолекулярный фенотип апо(а) (n=314), группа 2 — Лп(а) <30 мг/дл и низкомолекулярный фенотип (НМФ) апо(а) (n=122), группа 3 — Лп(а) ≥30 мг/дл и высокомолекулярный фенотип апо(а) (n=126), группа 4 — Лп(а) ≥30 мг/дл и НМФ апо(а) (n=257). В сыворотке крови всех пациентов были определены концентрации липидов, Лп(а) и проведено фенотипирование апо(а).
Результаты. Исследуемые группы были сопоставимы по возрасту и полу. В исследованной выборке по мере увеличения концентрации Лп(а) и наличия НМФ апо(а) от группы 1 до группы 4 доля лиц без значимого атеросклероза снижалась — 58, 36, 29 и 20%, соответственно, а частота мультифокального атеросклероза нарастала — 16, 34, 44 и 45%, соответственно. НМФ апо(а) при Лп(а) <30 мг/дл (группа 2) ассоциировался с наличием мультифокального атеросклероза с отношением шансов (OR — odds ratio) 2,6; 95% доверительный интервал (ДИ): 1,6-4,3 (p<0,01), тогда как гиперлипопротеидемия(а) (концентрация Лп(а) ≥30 мг/дл) ассоциировалась с 4-кратным увеличением шанса наличия мультифокального атеросклероза (группы 3 и 4) при сравнении с группой 1 — OR 4,0; 95% ДИ: 2,5-6,4 (p<0,01) и OR 4,0; 95% ДИ: 2,7-5,9) (p<0,01), соответственно. Независимая ассоциация уровня Лп(а) и НМФ апо(а) с атеросклеротическими сердечно-сосудистыми заболеваниями и перенесенным инфарктом миокарда (ИМ) подтверждена по данным логистического регрессионного анализа с включением в модель возраста, пола, артериальной гипертонии, сахарного диабета 2 типа, статуса курения, ожирения. Шансы наличия коронарного, каротидного, мультифокального атеросклероза и ИМ в анамнезе были наивысшими при сочетании гиперлипопротеидемии(а) и НМФ апо(а): OR 4,5; 95% ДИ: 3,0-6,8 (p<0,01), OR 3,5; 95% ДИ: 2,2-5,6 (p<0,01), OR 10,9; 95% ДИ: 5,8-20,5 (p<0,01), OR 2,9; 95% ДИ: 2,0-4,2 (p<0,01), соответственно. Значимой связи между уровнем Лп(а), НМФ апо(а) с ишемическим инсультом в анамнезе выявлено не было.
Заключение. Гиперлипопротеидемия(а) и НМФ апо(а) ассоциированы со значимым атеросклерозом коронарных, сонных артерий и АНК, с наличием изолированного и мультифокального атеросклероза и перенесенным ИМ независимо ни от классических факторов риска, ни друг от друга. Выявлена ассоциация НМФ апо(а) с атеросклеротическими сердечно-сосудистыми заболеваниями и перенесенным ИМ, но не с ишемическим инсультом независимо от уровня Лп(а).
Ключевые слова
Для цитирования:
Тмоян Н.А., Афанасьева О.И., Ежов М.В., Тюрина А.В., Афанасьева М.И., Клесарева Е.А., Разова О.А., Покровский С.Н. Гиперлипопротеидемия(а) и низкомолекулярный фенотип апобелка(а) у пациентов с атеросклеротическими сердечно-сосудистыми заболеваниями и их осложнениями. Кардиоваскулярная терапия и профилактика. 2026;25(4):4574. https://doi.org/10.15829/1728-8800-2026-4574. EDN: TDWGJN
For citation:
Tmoyan N.A., Afanasyeva O.I., Yezhov M.V., Tyurina A.V., Afanasyeva M.I., Klesareva E.A., Razova O.A., Pokrovsky S.N. Hyperlipoprotein(a) and the low-molecular-weight apoprotein(a) phenotype in patients with atherosclerotic cardiovascular diseases and their complications. Cardiovascular Therapy and Prevention. 2026;25(4):4574. (In Russ.) https://doi.org/10.15829/1728-8800-2026-4574. EDN: TDWGJN
Введение
Липопротеин(а) (Лп(а)) представляет собой частицу, подобную липопротеину низкой плотности (ЛНП), в которой апобелок В связан с уникальным апобелком(а) (апо(а)) [1]. Апо(а) имеет структуры из 80 аминокислотных последовательностей, так называемые "кринглы", присутствующие в ряде человеческих белков. В частности, апо(а) состоит из множественных копий кринглов IV типа (КIV), аналогичных таковым у плазминогена, и одного крингла V типа, за которым следует неактивный сериновый протеазный домен [2]. В зависимости от минимальных различий в аминокислотной последовательности, домен KIV апо(а) подразделяется на подтипы, обозначаемые цифрами от 1 до 10. KIV1 и KIV3-10 всегда представлены в единственной копии, тогда как KIV2 может повторяться различное количество раз. Аллели гена LPA кодируют от 1 до 34 повторов KIV2, что приводит к образованию изоформ апо(а), содержащих от 10 до 43 KIV-подобных доменов. Полиморфизм гена LPA напрямую определяет размер изоформы апо(а) и, соответственно, уровень Лп(а) в плазме крови. Имеется обратная зависимость между концентрацией Лп(а) и размерами изоформы апо(а): наличие у человека низкомолекулярных изоформ (10-22 повторов KIV2) ассоциированы с концентрацией Лп(а) в 4-5 раз выше по сравнению с индивидуумами, имеющими высокомолекулярные изоформы (>22 повторов KIV2) [2]. Однако взаимосвязь между изоформой апо(a) и концентрацией Лп(а) является сложной, нелинейной и дополнительно регулируется функциональными однонуклеотидными полиморфизмами. Уровень Лп(a) в крови у разных людей может различаться более чем в 1000 раз — от <0,1 до >300 мг/дл [3]. Лп(а) обладает проатерогенным, провоспалительным и протромботическим свойствами и считается важным фактором риска атеросклеротических (АССЗ) сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) [1]. Повышенная концентрация Лп(а) является значимым генетическим фактором риска ССЗ независимо от уровня холестерина (ХС) ЛНП [4]. Повышенная концентрация Лп(а) также ассоциирована с повышенным риском смерти в общей популяции [5]. В многонациональном исследовании показано, что низкомолекулярный фенотип (НМФ) апо(а) встречался чаще у пациентов с ишемической болезнью сердца во всех 6 изученных этнических группах [6]. В нашем раннем исследовании доказана связь НМФ апо(а) с тяжестью коронарного атеросклероза и инфаркта миокарда (ИМ) [7]. В недавнем крупном исследовании была показана связь Лп(а) с тяжестью коронарного атеросклероза независимо от уровня ХС ЛНП [8]. В этом и во многих других исследованиях не оценивались изоформы апо(а), которые могут повлиять на риск развития и прогрессирования атеросклероза.
Цель исследования — изучение связи Лп(а) и фенотипов апо(а) с наличием атеросклероза разной локализации в отдельности, при их сочетании и с сердечно-сосудистыми осложнениями в анамнезе.
Материал и методы
В одномоментное исследование были включены 819 пациентов >18 лет, проходившие обследование в ФГБУ "НМИЦК им. акад. Е. И. Чазова" Минздрава России, подписавшие информированное согласие для участия в исследовании. Критерии невключения: острый коронарный синдром, инфекционно-воспалительные заболевания в предшествующие 3 мес.; хроническая сердечная недостаточность III-IV функционального класса; системные заболевания соединительной ткани; хроническая болезнь почек IV или V стадии; выраженная дисфункция щитовидной железы (тиреотропный гормон в 2 раза ниже нижней границы нормы или в 2 раза выше верхней границы нормы); острый гепатит, цирроз печени; терапия, способная влиять на уровень Лп(а) (аферез, никотиновая кислота, ингибиторы пропротеин конвертазы субтилизин/кексин типа 9, глюкокортикоиды, половые гормоны). Исследование было одобрено независимым Этическим комитетом клинических исследований ФГБУ "НМИЦК им. акад. Е. И. Чазова" Минздрава России (протокол № 287 от 20.02.2023г).
У всех пациентов был собран анамнез, проведено физикальное обследование, оценены факторы риска атеросклероза (пол, возраст, отягощенная наследственность, артериальная гипертония (АГ), курение, ожирение, сахарный диабет (СД) 2 типа, гиперлипидемия), сопутствующие заболевания и терапия. Отягощенная наследственность определялась при наличии в анамнезе ИМ или нестабильной стенокардии или ишемического инсульта (ИИ) у родственников первой степени родства (у мужчин в возрасте до 55 лет, у женщин до 60 лет). АГ диагностировалась при уровне систолического ≥140 мм рт.ст. и/или диастолического артериального давления ≥90 мм рт.ст. при повторных измерениях или если больной принимал антигипертензивные препараты при установленном диагнозе. Статус курения оценивали как никогда не курившие и курение в прошлом/курение в настоящее время, вне зависимости от количества сигарет. СД 2 типа диагностировали при уровне глюкозы плазмы натощак ≥7,0 ммоль/л или через 2 ч после приема внутрь 75,0 г глюкозы — ≥11,1 ммоль/л или при уровне гликированного гемоглобина ≥6,5%, а также если больной принимал гипогликемические препараты при установленном диагнозе. Всем больным определяли индекс массы тела как отношение массы тела в кг к росту, выраженному в м². Если индекс массы тела ≥30 кг/м², регистрировали ожирение. Если у пациента концентрация общего ХС ≥5,2 ммоль/л и/или уровень триглицеридов (ТГ) был ≥2,3 ммоль/л, регистрировали гиперлипидемию. ИМ в анамнезе регистрировали при наличии выписного эпикриза, подтверждающего госпитализацию в стационар в связи с острым ИМ в анамнезе и/или наличии очагово-рубцовых изменений при регистрации электрокардиограммы и/или наличии зон локальной нарушенной сократимости при эхокардиографии. ИИ в анамнезе регистрировали при наличии выписного эпикриза, подтверждающего госпитализацию в стационар в связи с острым ИИ и/или наличии зон постишемических кистозно-глиозных изменений по данным магнитно-резонансной томографии.
Всем больным выполнено дуплексное сканирование экстракраниального отдела брахиоцефальных артерий, дуплексное сканирование и ультразвуковая допплерография артерий нижних конечностей (АНК) с определением лодыжечно-плечевого индекса и коронарография.
Атеросклероз считали значимым при наличии бляшки, сужающей просвет хотя бы одной магистральной артерии более чем на 50% по диаметру по данным дуплексного сканирования сонных, АНК, коронарографии. Изолированный атеросклероз диагностировался при значимом атеросклеротическом поражении одного сосудистого бассейна (коронарного или каротидного или АНК). При значимом атеросклеротическом поражении ≥2 бассейнов диагностировали мультифокальный атеросклероз (МФА).
У всех пациентов определяли концентрацию общего ХС, ТГ, ХС липопротеинов высокой плотности ферментативным колориметрическим методом на анализаторе Architect C-8000 (Abbott, США). Уровень ХС ЛНП рассчитывали по формуле Фридвальда. Уровень корригированного ХС ЛНП, учитывающего ХС, входящий в состав Лп(а) по формуле:
ХС ЛНПкорр (ммоль/л) = ХС ЛНП (ммоль/л) — Лп(а) (мг/дл) × 0,0078,
где ХС ЛНПкорр — уровень ХС ЛНП, корригированный по уровню Лп(а) [4]. Концентрацию Лп(а) измеряли методом твердофазного иммуноферментного анализа у всех пациентов. Всем пациентам проведено фенотипирование апо(а) методом электрофореза образцов сыворотки крови пациентов в полиакриламидном геле в денатурирующих условиях с последующим иммуноблоттингом с использованием моноспецифических поликлональных антител барана против Лп(а). В зависимости от подвижности полос выделяли: НМФ апо(а), имеющие хотя бы одну полосу апо(а) с подвижностью ≥S2 (молекулярный вес ≤580 кДА); высокомолекулярный фенотипы (ВМФ) апо(а), имеющие полосы апо(а) с подвижностью <S2 (молекулярный вес >580 кДА) [7].
Пациенты были разделены на 4 группы в зависимости от уровня Лп(а) и фенотипа апо(а): группа 1 — Лп(а) <30 мг/дл и ВМФ апо(а) (n=314), группа 2 — Лп(а) <30 мг/дл и НМФ апо(а) (n=122), группа 3 — Лп(а) ≥30 мг/дл и ВМФ апо(а) (n=126), группа 4 — Лп(а) ≥30 мг/дл и НМФ апо(а) (n=257).
Описательная статистика непрерывных количественных переменных представлена в виде медианы и интерквартильного размаха — Me (Q25; Q75). Аналитическую статистику выполняли с использованием теста Манна-Уитни. Для сравнения частотных показателей между группами использовали точный критерий Фишера. Для оценки значимости связи изучаемых параметров с наличием АССЗ в исследованных группах рассчитывали отношение шансов (OR — odds ratio) с 95% доверительным интервалом (ДИ). Многофакторный анализ выполняли методом логистической регрессии, в модель включали факторы риска, продемонстрировавшие связь при однофакторном корреляционном анализе. При создании модели также учитывалось отсутствие внутренних корреляционных связей между оцениваемыми параметрами. Различия считали статистически значимыми при p<0,05.
Результаты
Исследуемые группы были сопоставимы по возрасту и полу (таблица 1). АГ чаще выявлена в группе 4, СД 2 типа — в группе 2. Пациенты с повышенным уровнем Лп(а) (группы 3 и 4) чаще курили, чем лица с уровнем Лп(а) <30 мг/дл. ИМ в анамнезе выявлен чаще в группах 2, 3 и 4 по сравнению с группой 1. Группы не различались по частоте выявления ИИ в анамнезе.
Таблица 1
Общая характеристики исследованных пациентов
Показатель | Группа 1, | Группа 2, | Группа 3, | Группа 4, |
Возраст, лет, Me [ Q25; Q75] | 58 [ 49; 65] | 60 [ 51; 64] | 60 [ 54; 66] | 58 [ 50; 67] |
Мужчины, n (%) | 200 (64) | 86 (70) | 87 (69) | 179 (70) |
АГ, n (%) | 187 (60) | 82 (67) | 87 (69) | 185 (72)** |
СД 2 типа, n (%) | 56 (18) | 12 (10)* | 28 (22) | 40 (16) |
Ожирение, n (%) | 106 (34) | 28 (23)* | 32 (25) | 62 (24)* |
Курение, n (%) | 129 (41) | 58 (48) | 73 (58)** | 129 (50)* |
Отягощенная наследственность, n (%) | 73 (23) | 48 (39)** | 32 (25) | 77 (30) |
ИМ, n (%) | 90 (29) | 62 (51)** | 59 (47)** | 139 (54)** |
ИИ, n (%) | 35 (11) | 10 (8) | 15 (12) | 26 (10) |
Общий ХС, ммоль/л, Me [ Q25; Q75] | 5,9 [ 4,7; 6,8] | 6,5 [ 5,5; 7,3]** | 5,5 [ 4,7; 6,4] | 5,8 [ 4,5; 7,0] |
ТГ, ммоль/л, Me [ Q25; Q75] | 1,6 [ 1,3; 2,4] | 2,0 [ 1,4; 2,9]** | 1,8 [ 1,2; 2,4] | 1,7 [ 1,2; 2,4] |
ХС ЛВП, ммоль/л, Me [ Q25; Q75] | 1,2 [ 1,0; 1,4] | 1,1 [ 1,1; 1,3] | 1,1 [ 1,0; 1,3] | 1,2 [ 1,1; 1,4] |
ХС ЛНП, ммоль/л, Me [ Q25; Q75] | 3,7 [ 2,8; 4,4] | 4,1 [ 3,4; 5,0]** | 3,4 [ 2,7; 4,4] | 3,7 [ 2,7; 4,8] |
ХС ЛНПкорр, ммоль/л, Me [ Q25; Q75] | 3,6 [ 2,6; 4,4] | 4,1 [ 3,3; 4,9]** | 3,0 [ 2,2; 4,0]** | 3,1 [ 2,0; 4,2]** |
Лп(а), мг/дл, Me [ Q25; Q75] | 14 [ 8; 20] | 16 [ 11; 24]** | 51 [ 39; 77]** | 73 [ 48; 101]** |
Статины, n (%) | 145 (46) | 54 (44) | 87 (69)** | 175 (68)** |
Без атеросклероза, n (%) | 181 (58) | 44 (36)** | 36 (29)** | 52 (20)** |
Изолированный атеросклероз, n (%) | 81 (26) | 36 (30) | 34 (27) | 91 (35)* |
МФА, n (%) | 52 (16) | 42 (34)** | 56 (44)** | 114 (45)** |
Коронарный атеросклероз, n (%) | 121 (39) | 76 (62)** | 77 (61)** | 189 (74)** |
Каротидный атеросклероз, n (%) | 52 (17) | 34 (28)* | 44 (35)** | 97 (38)** |
Атеросклероз АНК, n (%) | 32 (10) | 20 (16) | 42 (33)** | 67 (26)** |
Примечание: количественные показатели представлены в виде медианы [интерквартильный интервал], категориальные данные — абсолютное количество (%); * — p<0,05, ** — p<0,01 при сравнении с группой 1. АГ — артериальная гипертония, АНК — артерии нижних конечностей, ИИ — ишемический инсульт, ИМ — инфаркт миокарда, Лп(а) — липопротеин(а), ВМФ апо(а) — высокомолекулярный фенотип апобелка(а), МФА — мультифокальный атеросклероз, НМФ апо(а) — низкомолекулярный фенотип апобелка(а), СД — сахарный диабет, ТГ — триглицериды, ХС — холестерин, ХС ЛВП — ХС липопротеидов высокой плотности, ХС ЛНП — ХС липопротеидов низкой плотности, ХС ЛНПкорр — ХС ЛНП, корригированный по уровню ХС Лп(а).
В исследованной выборке по мере увеличения концентрации Лп(а) и наличия НМФ апо(а) доля лиц без значимого атеросклероза снижалась, а частота МФА нарастала (рисунок 1).

Рис. 1 Частота и тип атеросклеротического поражения в различных группах.
Примечание: МФА — мультифокальный атеросклероз.
НМФ апо(а) при Лп(а) <30 мг/дл (группа 2) ассоциировался с 2,5-кратным увеличением наличия МФА, тогда как гиперлипопротеидемия(а) (концентрация Лп(а) ≥30 мг/дл) ассоциировалась с 4-кратным увеличением наличия МФА (группы 3 и 4) по сравнению с группой 1 (таблица 2). Шансы наличия коронарного и каротидного атеросклероза, а также ИМ в анамнезе были наивысшими при сочетании гиперлипопротеидемии(а) и НМФ апо(а). OR стенозирующего атеросклероза АНК было наивысшим в группе 3 и составило 4,4 (95% ДИ: 2,6-7,4), p<0,01.
Таблица 2
Шанс выявления АССЗ в различных группах
Показатель | Группа 1, | Группа 2, | Группа 3, | Группа 4, |
Изолированный атеросклероз | 1 | 1,2 (0,8-1,9) p=0,4 | 1,1 (0,7-1,7) p=0,8 | 1,6 (1,1-2,3) p=0,01 |
МФА | 1 | 2,6 (1,6-4,3) p<0,01 | 4,0 (2,5-6,4) p<0,01 | 4,0 (2,7-5,9) p<0,01 |
Коронарный атеросклероз | 1 | 2,6 (1,7-4,1) p<0,01 | 2,5 (1,6-3,8) p<0,01 | 4,4 (3,1-6,3) p<0,01 |
Каротидный атеросклероз | 1 | 1,9 (1,2-3,2) p<0,01 | 2,7 (1,7-4,3) p<0,01 | 3,1 (2,1-4,5) p<0,01 |
Атеросклероз АНК | 1 | 1,7 (0,9-3,2) p=0,08 | 4,4 (2,6-7,4) p<0,01 | 3,1 (2,0-4,9) p<0,01 |
ИМ | 1 | 2,6 (1,7-4,0) p<0,01 | 2,2 (1,4-3,4) p<0,01 | 2,9 (2,1-4,1) p<0,01 |
ИИ | 1 | 0,7 (0,3-1,5) p=0,4 | 1,1 (0,6-2,1) p=0,8 | 0,9 (0,5-1,5) p=0,7 |
Примечание: данные представлены в виде OR (95% ДИ) при сравнении с группой 1. АНК — артерии нижних конечностей, АССЗ — атеросклеротические сердечно-сосудистые заболевания, ДИ — доверительный интервал, ВМФ апо(а) — высокомолекулярный фенотип апобелка(а), ИИ — ишемический инсульт, ИМ — инфаркт миокарда, Лп(а) — липопротеин(а), МФА — мультифокальный атеросклероз, НМФ апо(а) — низкомолекулярный фенотип апобелка(а), OR — odds ratio (отношение шансов).
При проведении логистического регрессионного анализа с включением в модель возраста, пола, АГ, СД 2 типа, статуса курения, ожирения, повышенная концентрация Лп(а) и НМФ апо(а) как в отдельности, так и при их сочетании независимо ассоциировались с АССЗ и ранее перенесенным ИМ (рисунок 2).

Рис. 2 Шанс выявления АССЗ по данным логистического регрессионного анализа.
Примечание: данные представлены в виде OR (95% ДИ) при сравнении с группой 1. Шкала логарифмическая. В логистический регрессионный анализ были включены следующие параметры: возраст, пол, АГ, СД, статус курения, ожирение. АГ — артериальная гипертония, АНК — артерии нижних конечностей, АССЗ — атеросклеротические сердечно-сосудистые заболевания, ДИ — доверительный интервал, ВМФ апо(а) — высокомолекулярный фенотип апобелка(а), ИИ — ишемический инсульт, ИМ — инфаркт миокарда, Лп(а) — липопротеин(а), МФА — мультифокальный атеросклероз, НМФ апо(а) — низкомолекулярный фенотип апобелка(а), СД — сахарный диабет, OR — odds ratio (отношение шансов).
Обсуждение
Примерно треть населения мира умирает от АССЗ, причем многие — преждевременно. Эти заболевания являются основной причиной смерти в глобальном масштабе [9]. По данным регистра КАММА (международный Клинический регистр по изучению популяции пАциентов с выявленным МультифокальныМ Атеросклерозом на территории Российской Федерации и стран Евразии) у пациентов с ишемической болезнью сердца и МФА частота больших сердечно-сосудистых осложнений за 1 год составила 8,8% [10]. По данным регистра КАММА у 95,6% пациентов с ишемической болезнью сердца диагностировался МФА, из них у более 40% поражение ≥3 сосудистых бассейнов [11]. Выявление новых факторов риска ССЗ и других хронических неинфекционных заболеваний представляет собой важнейшее направление современной профилактической медицины. Расширение спектра известных предикторов позволяет совершенствовать алгоритмы стратификации индивидуального риска, что особенно актуально для пациентов с промежуточным риском, у которых традиционные шкалы (например, SCORE 2 — Systematic COronary Risk Evaluation; для лиц 40-69 лет), демонстрируют ограниченную прогностическую ценность. Значительный вклад в развитие ССЗ вносит повышенный уровень Лп(а). Лп(а) структурно схож с ЛНП, также имеет в своем составе апобелок В100. Отличительной чертой Лп(а) является наличие апо(а), который имеет высокую степень гомологии с молекулой плазминогена. Эти структурные особенности привели к широко принятым гипотезам о том, что Лп(а) обладает как атерогенными, так и тромбогенными свойствами. Согласно последним консенсусным заявлениям профессиональных сообществ США и Европы, Лп(а) описывается как "провоспалительный" и связанный с "атерогенезом" липопротеин [12][13]. Однако некоторые эксперты отмечают, что роль Лп(а) в атерогенезе остается неясной [14]. Например, концентрация Лп(а) не ассоциируется с толщиной комплекса интима-медиа сонных артерий [15]. Существуют противоречивые данные о связи повышенного уровня Лп(а) с кальцинозом коронарных артерий [16][17]. Полученные в настоящем исследовании данные демонстрируют значимую связь между повышенным уровнем Лп(а), НМФ апо(а) и наличием атеросклероза различной локализации и перенесенным ранее ИМ. Результаты согласуются с многочисленными исследованиями, подтверждающими роль Лп(а) как независимого фактора риска АССЗ. Крупное проспективное исследование по данным британского биобанка подтвердило выраженную связь между уровнем Лп(а) и различными ССЗ [18]. В проспективном когортном исследовании с участием 460506 человек среднего возраста из UK Biobank изучалась ассоциация между уровнем Лп(а) и возникновением АССЗ. За период наблюдения (медиана 11,2 года) АССЗ развились у 22401 (4,9%) участника. Медиана концентрации Лп(а) составила 19,6 нмоль/л. Наблюдалась линейная зависимость между уровнем Лп(а) и риском АССЗ: отношение рисков (hazard ratio, HR) 1,11 (95% ДИ: 1,10-1,12) на каждые 50 нмоль/л повышения уровня Лп(а). Уровень Лп(а) ≥150 нмоль/л ассоциировался с развитием АССЗ с HR 1,50 (95% ДИ: 1,44-1,56) для лиц без предшествующих АССЗ и HR 1,16 (95% ДИ: 1,05-1,27) у пациентов с АССЗ [18]. В проведенном в США исследовании, включавшем 22966 пациентов, показана положительная связь между концентрацией Лп(а) и тяжестью коронарного атеросклероза независимо от уровня ХС ЛНП [8]. Авторы делают вывод, что влияние Лп(а) может быть более значительным для прогрессирования атеросклеротической бляшки до значимого, чем для первоначального формирования нестенозирующей бляшки. Крупный метаанализ 75 эпидемиологических исследований с участием 957253 человек показал, что HR смерти от всех причин при сравнении верхнего и нижнего терцилей уровня Лп(а) составило 1,09 (95% ДИ: 1,01-1,18) в общей популяции и 1,18 (95% ДИ: 1,04-1,34) у пациентов с ССЗ [19]. В этом анализе была показана линейная зависимость между уровнем Лп(а) и повышенным риском ССЗ: каждое увеличение концентрации Лп(а) на 50 мг/дл ассоциировалось с повышением риска смерти от ССЗ на 31% в общей популяции и на 15% у пациентов с ССЗ. В исследовании, проведенном в России, было показано, что уровень Лп(а) у пациентов с МФА был в 5 раз выше, чем у лиц без атеросклеротического поражения сосудов [20].
Ранее была выявлена ассоциация НМФ апо(а) с тяжестью коронарного атеросклероза и ИМ [7]. В настоящем исследовании продемонстрирована взаимосвязь более атерогенного НМФ апо(а) с различными АССЗ. Кроме того, показано, что частота МФА, коронарного, каротидного атеросклероза и ранее перенесенного ИМ выше в группе пациентов при сочетании гиперлипопротеидемии(а) и наличии НМФ апо(а). OR как изолированного атеросклероза, так и МФА, а также коронарного, каротидного атеросклероза и ИМ в анамнезе был наивысшим при сочетании гиперлипопротеидемии(а) и наличии НМФ апо(а).
Существует обратная зависимость между концентрацией Лп(а) в плазме и изоформой апо(а). Более короткие изоформы апо(а), содержащие небольшое количество повторов KIV2 синтезируются и секретируются быстрее, чем более крупные молекулы апо(а), что приводит к более высоким концентрациям Лп(а) в плазме крови [21]. По оценкам, до 20% людей во всем мире имеют уровень Лп(а) ≥50 мг/дл, а очень высокая концентрация Лп(а) >180 мг/дл встречается у 1% населения [22]. В европейских популяциях распространенность повышенного уровня Лп(а), определяемого как концентрация ≥30 мг/дл составляет 26,4% в Германии, 15,9% в Финляндии, 19,2% в Греции [23-25]. В России, по данным исследования ЭССЕ-РФ (Эпидемиология сердечно-сосудистых заболеваний в регионах Российской Федерации), среди 8461 пациента 25-64 лет распространенность уровня Лп(а) ≥30 мг/дл составила 22,1% [26]. В литературе отсутствуют данные о распространенности различных фенотипов апо(а). Особенностью настоящего исследования является одновременное определение изоформ апо(а) и концентрации Лп(а), где показана независимая от уровня Лп(а) связь НМФ апо(а) с наличием атеросклероза различной локализации и ИМ.
Данные, опубликованные в последние годы, показали, что повышенный уровень Лп(а) можно рассматривать как фактор риска ИИ. Крупный метаанализ 41 исследования, включающий 7874 пациентов с ИИ и 32138 пациентов контрольной группы, показал значимую связь между повышенным уровнем Лп(а) и ИИ (стандартизированная средняя разница 0,76; 95% ДИ: 0,53-0,99) [27]. Эпидемиологические исследования подтвердили положительную корреляцию между повышенным уровнем Лп(а) и возникновением или рецидивом цереброваскулярных событий у взрослых [28]. В настоящем исследовании не удалось выявить связь между уровнем Лп(а), фенотипами апо(а) и ранее перенесенным ИИ, что вероятнее всего, связано с небольшим количеством пациентов с ИИ в данной выборке. В нашей предыдущей работе была показана связь повышенного уровня Лп(а) с ИИ и стенозирующим атеросклерозом сонных артерий [29].
Заключение
Гиперлипопротеидемия(а) и НМФ апо(а) ассоциированы со значимым атеросклерозом коронарных, сонных артерий и АНК, с наличием изолированного и МФА и перенесенным ИМ независимо ни от классических факторов риска, ни друг от друга. Выявлена ассоциация НМФ апо(а) с АССЗ и перенесенным ИМ, но не с ранее перенесенным ИИ независимо от уровня Лп(а). При оценке шанса выявления АССЗ необходимо учитывать как уровень Лп(а), так и фенотипы апо(а).
Отношения и деятельность: все авторы заявляют об отсутствии потенциального конфликта интересов, требующего раскрытия в данной статье.
Список литературы
1. Афанасьева О. И., Арефьева Т. И., Тюрина А. В. и др. Липопротеид(а) и триглицерид-богатые липопротеиды — ассоциация с повторным нефатальным инфарктом миокарда у пациентов с ранней манифестацией ишемической болезни сердца. Кардиологический вестник. 2024;19(1):29-37. doi:10.17116/Cardiobulletin20241901129.
2. Афанасьева О. И., Покровский С. Н. Гиперлипопротеидемия(а) как опасное генетически обусловленное нарушение липидного обмена и фактор риска атеротромбоза и сердечно-сосудистых заболеваний. Российский кардиологический журнал. 2019;(5):101-8. doi:10.15829/1560-4071-2019-5-101-108.
3. Тмоян Н. А., Афанасьева О. И., Ежов М. В. Роль липопротеида(а) в развитии атеросклеротического поражения периферических и сонных артерий. Кардиология. 2018;58(6):70-8. doi:10.18087/cardio.2018.6.10135.
4. Langlois MR, Nordestgaard BG, Langsted A, et al; European Atherosclerosis Society (EAS) and the European Federation of Clinical Chemistry and Laboratory Medicine (EFLM) Joint Consensus Initiative. Quantifying atherogenic lipoproteins for lipid-lowering strategies: consensus-based recommendations from EAS and EFLM. Clin Chem Lab Med. 2020;58(4):496-517. doi:10.1515/cclm-20191253.
5. Langsted A, Kamstrup PR, Nordestgaard BG. High lipoprotein(a) and high risk of mortality. Eur Heart J. 2019;40(33):2760-70. doi:10.1093/eurheartj/ehy902.
6. Sandholzer C, Saha N, Kark JD, et al. Apo(a) isoforms predict risk for coronary heart disease. A study in six populations. Arterioscler Thromb. 1992;12(10):1214-26. doi:10.1161/01.atv.12.10.1214.
7. Afanasieva OI, Ezhov MV, Tmoyan NA, et al. Low Molecular Weight Apolipoprotein(a) Phenotype Rather Than Lipoprotein(a) Is Associated With Coronary Atherosclerosis and Myocardial Infarction. Front Cardiovasc Med. 2022;9:843602. doi:10.3389/fcvm.2022.843602.
8. Clarke SL, Huang RDL, Hilliard AT, et al; VA Million Veteran Program. Genetically predicted lipoprotein(a) associates with coronary artery plaque severity independent of low-density lipoprotein cholesterol. Eur J Prev Cardiol. 2025;32(2):116-27. doi:10.1093/eurjpc/zwae271.
9. Luengo-Fernandez R, Walli-Attaei M, Gray A, et al. Economic burden of cardiovascular diseases in the European Union: a population-based cost study. Eur Heart J. 2023;44(45):4752-67. doi:10.1093/eurheartj/ehad583.
10. Арутюнов Г. П., Тарловская Е. И., Арутюнов А. Г. и др. Анализ реальной клинической практики ведения пациентов с ишемической болезнью сердца и мультифокальным атеросклерозом. Результаты международного Клинического регистра по изучению популяции пАциентов с выявленным МультифокальныМ Атеросклерозом на территории Российской Федерации и стран Евразии (КАММА) (наблюдение — 12 месяцев). Российский кардиологический журнал. 2025;30(3):6152. doi:10.15829/1560-40712025-6152.
11. Арутюнов Г. П., Тарловская Е. И., Арутюнов А. Г. и др. Особенности мультифокального атеросклероза и диагностическая значимость лодыжечно-плечевого индекса у пациентов с ишемической болезнью сердца. Результаты регистра реальной клинической практики КАММА (Клинический регистр по изучению популяции пАциентов с выявленным МультифокальныМ Атеросклерозом на территории Российской Федерации и стран Евразии). Российский кардиологический журнал. 2024;29(4):5837. doi:10.15829/1560-40712024-5837.
12. Reyes-Soffer G, Ginsberg HN, Berglund L, et al.; American Heart Association Council on Arteriosclerosis, Thrombosis and Vascular Biology; Council on Cardiovascular Radiology and Intervention; and Council on Peripheral Vascular Disease. Lipoprotein(a): A Genetically Determined, Causal, and Prevalent Risk Factor for Atherosclerotic Cardiovascular Disease: A Scientific Statement From the American Heart Association. Arterioscler Thromb Vasc Biol. 2022;42(1):e48-e60. doi:10.1161/ATV.0000000000000147.
13. Kronenberg F, Mora S, Stroes ESG, et al. Lipoprotein(a) in atherosclerotic cardiovascular disease and aortic stenosis: a European Atherosclerosis Society consensus statement. Eur Heart J. 2022; 43(39):3925-46. doi:10.1093/eurheartj/ehac361.
14. Langsted A, Nordestgaard BG. Value of Genetic Testing for Lipoprotein(a) Variants. Circ Genom Precis Med. 2022;15(2):e003737. doi:10.1161/CIRCGEN.122.003737.
15. Raitakari O, Kartiosuo N, Pahkala K, et al. Lipoprotein(a) in Youth and Prediction of Major Cardiovascular Outcomes in Adulthood. Circulation. 2023;147(1):23-31. doi:10.1161/CIRCULATIONAHA.122.060667.
16. Garg PK, Guan W, Karger AB, et al. Lipoprotein (a) and risk for calcification of the coronary arteries, mitral valve, and thoracic aorta: The Multi-Ethnic Study of Atherosclerosis. J Cardiovasc Comput Tomogr. 2021;15(2):154-60. doi:10.1016/j.jcct.2020.06.002.
17. Jackson CL, Garg PK, Guan W, et al. Lipoprotein(a) and coronary artery calcium in comparison with other lipid biomarkers: The multi-ethnic study of atherosclerosis. J Clin Lipidol. 2023;17(4): 538-48. doi:10.1016/j.jacl.2023.06.002.
18. Patel AP, Wang M, Pirruccello JP, et al. Lp(a) (Lipoprotein[a]) Concentrations and Incident Atherosclerotic Cardiovascular Disease: New Insights From a Large National Biobank. Arterioscler Thromb Vasc Biol. 2021;41(1):465-74. doi:10.1161/ATVBAHA.120.315291.
19. Amiri M, Raeisi-Dehkordi H, Verkaar AJCF, et al. Circulating lipoprotein (a) and all-cause and cause-specific mortality: a systematic review and dose-response meta-analysis. Eur J Epidemiol. 2023;38(5):485-99. doi:10.1007/s10654-022-00956-4.
20. Клесарева Е. А., Афанасьева О. И., Шерстюк Е. Е. и др. Гиперлипопротеидемия (а) и повышенный уровень С-реактивного белка как факторы риска стенозирующего мультифокального атеросклероза у пациентов молодого и среднего возраста. Терапевтический архив. 2022;94(4):479-84. doi:10.26442/00403660.2022.04.201454.
21. Афанасьева О. И., Покровский С. Н. Липопротеид(а) — недооцененный в России фактор риска сердечно-сосудистых заболеваний. Время внедрять в клиническую практику. Российский кардиологический журнал. 2024;29(8):6035. doi:10.15829/1560-4071-2024-6035.
22. Wilson DP, Jacobson TA, Jones PH, et al. Use of Lipoprotein(a) in clinical practice: A biomarker whose time has come. A scientific statement from the National Lipid Association. J Clin Lipidol. 2022; 16(5):e77-e95. doi:10.1016/j.jacl.2022.08.007.
23. van Buuren F, Horstkotte D, Knabbe C, et al. Incidence of elevated lipoprotein (a) levels in a large cohort of patients with cardiovascular disease. Clin Res Cardiol Suppl. 2017;12(Suppl 1):55-9. doi:10.1007/s11789-017-0087-y.
24. Raitakari O, Kivelä A, Pahkala K, et al. Long-term tracking and population characteristics of lipoprotein (a) in the Cardiovascular Risk in Young Finns Study. Atherosclerosis. 2022;356:18-27. doi:10.1016/j.atherosclerosis.2022.07.009.
25. Kouvari M, Panagiotakos DB, Chrysohoou C, et al. Lipoprotein (a) and 10-year Cardiovascular Disease Incidence in Apparently Healthy Individuals: A Sex-based Sensitivity Analysis from ATTICA Cohort Study. Angiology. 2019;70(9):819-29. doi:10.1177/0003319719854872.
26. Ezhov MV, Shalnova SA, Yarovaya EB, et al. Lipoprotein(a) in an adult sample from the Russian population: distribution and association with atherosclerotic cardiovascular diseases. Arch Med Sci. 2021;19(4):995-1002. doi:10.5114/aoms/131089.
27. Kumar P, Swarnkar P, Misra S, et al. Lipoprotein (a) level as a risk factor for stroke and its subtype: A systematic review and meta-analysis. Sci Rep. 2021;11(1):15660. doi:10.1038/s41598-021-95141-0.
28. Kosmas CE, Bousvarou MD, Papakonstantinou EJ, et al. Lipoprotein (a) and cerebrovascular disease. J Int Med Res. 2024; 52(7):3000605241264182. doi:10.1177/03000605241264182.
29. Tmoyan NA, Ezhov MV, Afanasieva OI, et al. Association of lipoprotein (a) with ischemic stroke and stenotic carotid atherosclerosis. S. S. Korsakov Journal of Neurology and Psychiatry. 2020;120(3 2):42 48. (In Russ.) doi:10.17116/jnevro202012003242.
Об авторах
Н. А. ТмоянРоссия
Нарек Арамаисович Тмоян — к.м.н., н.с. лаборатории нарушений липидного обмена отдела проблем атеросклероза.
Ул. Академика Чазова, д. 15А, Москва, 121552
О. И. Афанасьева
Россия
Ольга Ильинична Афанасьева — д.б.н., в.н.с. лаборатории проблем атеросклероза.
Ул. Академика Чазова, д. 15А, Москва, 121552
М. В. Ежов
Россия
Марат Владиславович Ежов — д.м.н., г.н.с. лаборатории нарушений липидного обмена отдела проблем атеросклероза.
Ул. Академика Чазова, д. 15А, Москва, 121552
А. В. Тюрина
Россия
Александра Вячеславовна Тюрина — к.м.н., м.н.с. лаборатории нарушений липидного обмена отдела проблем атеросклероза.
Ул. Академика Чазова, д. 15А, Москва, 121552
М. И. Афанасьева
Россия
Марина Ильинична Афанасьева — н.с. лаборатории проблем атеросклероза.
Ул. Академика Чазова, д. 15А, Москва, 121552
Е. А. Клесарева
Россия
Елена Александровна Клесарева — к.т.н., н.с. лаборатории проблем атеросклероза.
Ул. Академика Чазова, д. 15А, Москва, 121552
О. А. Разова
Россия
Оксана Андреевна Разова — н.с. лаборатории проблем атеросклероза.
Ул. Академика Чазова, д. 15А, Москва, 121552
С. Н. Покровский
Россия
Сергей Николаевич Покровский — д.б.н., профессор, г.н.с. лаборатории проблем атеросклероза.
Ул. Академика Чазова, д. 15А, Москва, 121552
Что известно о предмете исследования?
- Повышенный уровень липопротеида(а) является значимым генетическим фактором риска атеросклеротических сердечно-сосудистых заболеваний.
- Низкомолекулярный фенотип апобелка(а) ассоциируется с повышенным риском ишемической болезни сердца.
Что добавляют результаты исследования?
- Гиперлипопротеидемия(а) и низкомолекулярный фенотип апобелка(а) независимо ассоциированы с наличием стенозирующего коронарного, каротидного атеросклероза и атеросклероза артерий нижних конечностей, как изолированного, так и при их мультифокальном поражении.
Рецензия
Для цитирования:
Тмоян Н.А., Афанасьева О.И., Ежов М.В., Тюрина А.В., Афанасьева М.И., Клесарева Е.А., Разова О.А., Покровский С.Н. Гиперлипопротеидемия(а) и низкомолекулярный фенотип апобелка(а) у пациентов с атеросклеротическими сердечно-сосудистыми заболеваниями и их осложнениями. Кардиоваскулярная терапия и профилактика. 2026;25(4):4574. https://doi.org/10.15829/1728-8800-2026-4574. EDN: TDWGJN
For citation:
Tmoyan N.A., Afanasyeva O.I., Yezhov M.V., Tyurina A.V., Afanasyeva M.I., Klesareva E.A., Razova O.A., Pokrovsky S.N. Hyperlipoprotein(a) and the low-molecular-weight apoprotein(a) phenotype in patients with atherosclerotic cardiovascular diseases and their complications. Cardiovascular Therapy and Prevention. 2026;25(4):4574. (In Russ.) https://doi.org/10.15829/1728-8800-2026-4574. EDN: TDWGJN
JATS XML













































